— Я жгла ладан и молилась Бэнтэн-сама[14], — продолжала женщина. — Я просила помощи у Каннон-сама. Я спала в одной комнате с сестрой своего мужа, которая родила трех детей. Я перепрыгивала через последы пяти младенцев… — Больная умолкла, чтобы отдышаться. — Я просила мужа развестись со мной. — Крупная слеза медленно выкатилась из-под коричневого века и стекла по влажной щеке. — Если я выживу, то надену колокольчик паломницы и уйду странствовать по свету. Я не могу остаться здесь: люди в нашей деревне опасаются, что из-за меня в округе закроются все утробы. И все женщины станут бесплодными.
Окё вынула из-под тюфяка сплетенную из соломы куклу:
— Эта кукла была прибита гвоздями к дубу в центре деревни. Кто-то распял ее там, чтобы навлечь на меня проклятие.
— Может, кукла предназначалась для кого-нибудь другого…
— Нет, для меня.
— Ваш муж считает, что причина вашего бесплодия — кости, вырытые из земли на вашем новом поле.
— Он не хочет поверить в настоящую причину.
— А какая, по-вашему, настоящая причина?
— Мы поженились по любви, — тихо проговорила Окё. — По любви, а не по долгу. Мы беспечно дали волю своим чувствам и позволили себе слишком много. И за это теперь наказание: от меня не останется потомков, и некому будет помолиться за меня на моей могиле, когда я умру. Но мой муж может жениться снова и иметь детей от более достойной женщины.
— Я спрошу об истинной причине у духов.
Кошечке приходилось видеть, как прорицатели исполняют свои обряды, и если она не знала магической сути этих действий, то знала, по крайней мере, что надо делать. Пусть она не священник, она заменит его. «В деревне, где нет птиц, и летучая мышь — птица».
Кошечка написала на деревянной дощечке имя Окё, налила в миску воды и подала все это больной. Окё окунула дощечку в миску и окропила водой Кошечку.
Кошечка оперлась локтями на поставленный рядом ящик и уткнула лицо в ладони. Женщина не услышала внутри себя никаких голосов, но она и не ожидала их услышать. Возникло другое: ее вдруг охватили печаль и жуткое одиночество. Она почувствовала невыносимую, острую до боли жалость к источенным временем костям, которые чужие люди выкопали из земли и бросили в поле.
— Я голоден, — заговорила она наконец, и собственный дрожащий от тоски голос показался ей чужим. — Мне одиноко. Мне страшно. Никто не заботится о моей душе, которая идет по Трем путям.
Окё широко раскрыла глаза.
— Похороните мои кости как положено, — Кошечка знала, что ей делать, так же твердо, как если бы душа, отлетевшая когда-то от полуистлевших костей, говорила вместо нее. — Помолитесь над моими останками, сожгите ладан, накормите мою душу, и я больше не стану лишать плодородия утробу этой женщины.
Кошечка сидела возле маленького каменного алтаря, посвященного божеству-покровителю деревни. Рядом с ней высился поросший мхом валун — сиденье для неупокоенного духа. Перед этим камнем она воткнула ветку аниса, к которой прикрепила сложенные по диагонали полоски белой бумаги и прядь волос Окё. Сама Окё стояла на коленях по другую сторону валуна. Жители деревни расселись поблизости среди позеленевших от времени могильных памятников и высоких деревянных похоронных палочек.
Кошечка чувствовала, как кровь стучит у нее в висках.
— Я всего лишь священник низшего разряда, и мои молитвы могут оказаться недейственными…
Несмотря на такое заявление, в толпе жителей деревни послышался тревожный шорох, когда она собрала четки в горсть, громко стукнув бусинами о бусины: считалось, что стук четок будит злых духов. В задних рядах зрителей заплакал чей-то ребенок.
Кошечка прочла нараспев стихи из пьесы театра
Вдруг ветер качнул кроны сосен над головой Кошечки, и ей показалось, что она почувствовала запахи затхлой воды или аромат испарений незримого тела. Окё застонала. Ее глаза бешено завращались в орбитах. Голова женщины упала, потом закачалась из стороны в сторону.
Кошечка в тревоге запнулась. Что, если с этой бедняжкой случится припадок на глазах у всей деревни? А вдруг она своими заклинаниями действительно вызвала к жизни что-то ужасное и дьявольское? Но как бы там ни было, она уже зашла слишком далеко в своих действиях и не может остановиться на полдороге.
Кошечка громче стукнула четками о четки и стала сильно вздрагивать: может, так ей удастся привлечь внимание несчастной женщины и принять ее напряжение на себя.
