В ноутбуке висело непрочитанное письмо от Сергея: «Я не смог до тебя дозвониться, прости, что так вышло. Я рад за тебя, отдохни как следует. Приедешь, дай мне знать».
И к чему это? Сухо, емко и по делу. А хотелось бы нежно, томно и с любовью. Ладно, сейчас не до душевных переживаний. Пора найти платье.
В комнату без стука вошел Андреас. Он уже оделся, как подобает управляющему домом, в строгие брюки и закрытую футболку поло.
– Простите, что без стука, я принес вам ваш вечерний туалет. Деметриу предпочитают черные цвета на вечер, это платье подойдет вашей золотистой коже и мягким волосам. – Он заметил мой недоуменный взгляд и добавил: – Письмо от Деметриу всегда означает приглашение на какой-то праздник или встречу. Это известная семья в Ларнаке. Мне захотелось сделать вам приятное.
Он положил маленькое черное платье с коротким оперением на мою кровать и остановился в нерешительности.
– Могу помочь уложить ваши волосы. У меня есть навыки.
Класс! В разгар опасного расследования, стараясь ни на что не отвлекаться, кроме дела, дать прикасаться к себе томному мачо и при этом притворяться холодной глыбой! Это уже слишком!
– Спасибо, Андреас, я сама. – Мой ответ огорчил парня, но он с достоинством кивнул мне и покинул спальню.
Мои предположения немного не оправдались. Вместо спокойной встречи двух заинтересованных лиц я увидела скопление приличной массы людей, снующих по всему дому с коктейлями в руках.
Я быстро пробежалась глазами по толпе и, не найдя деда, спокойно направилась к Мике. Это было единственное знакомое лицо на вечеринке.
– Бейба, – он расслабленно поприветствовал меня, теребя перья красного боа на своей шее, – мой отец ждет тебя в кабинете. Удачи! Присоединяйся потом к нам, детка.
Так бы и дала по шее этому золотому мальчику, нашел «детку».
Представительный мистер Деметриу посмотрел на меня сквозь прозрачное стекло своих очков и тучной рукой указал на стул. Как же надоел этот пафос.
Я присела. Хотелось бы думать иначе, но у меня сложилось стойкое предубеждение об излишней вычурности и показной напыщенности, принятой в подобном обществе.
Понимая, что от этого никуда не деться, я спокойно посмотрела на главу семейства, ожидая очередной попытки сторговаться за яхту Барышкина.
– Как поживает Степан Петрович? – на чистом английском задал он мне неожиданный вопрос. – Я слышал, у него проблемы с бизнесом.
Вспомнив о словах Барышкина, о блокировке счетов и санкциях, я вовремя сообразила.
– Да, небольшие трудности с выводом средств, не больше. Я исполняю его волю, у меня есть доверенность.
– Да, конечно. Я в курсе. Никос доложил мне о новом доверенном лице из России.
«Новом доверенном лице? А что же случилось со старым?»
Словно прочитав мои мысли, мужчина ответил:
– Старый доверенный бесследно исчез, мои люди тоже помогали Степану Петровичу с поисками, но безуспешно. – Он встал из-за стола и прошелся по кабинету. – Знаете, Татиана, я не буду занимать ваше время. Мика мне сказал, что яхта не в том состоянии, чтобы за нее выкладывать два с половиной миллиона долларов, да еще наличными. Так что в качестве извинения приглашаю вас отдохнуть с нами. Уверен, вам понравится наше греческое веселье.
«Зачем, спрашивается, меня вообще приглашали?»
Ответ очевидным образом пришел сам собой. Может, меня просто посчитали ровней…
В большом саду, где развернулась сама вечеринка, уже собрались гости. Они что-то кричали, слышались звуки хлопушек и пробок от шампанского. В центре толпы стоял смуглый мужчина, он принимал поздравления и широко улыбался, раскланиваясь перед гостями. Уткнувшись в пустой стакан, красавец протянул руку официанту, и тот снова налил его доверху. Повеяло прохладой. Запах шашлыка сменился на едкую вонь зубного кабинета. Я вспомнила Грибова, который также уставился в пустой стакан, сидя за столом подпольного казино. А потом глаза. Мертвые глаза Сидорова. В двадцати метрах от меня стоял он, Рид Гирр, собственной персоной. Убийца и вор, гений и талантливый управленец по совместительству. Он-то и принимал поздравления от друзей по поводу своего карьерного прорыва.
– Этот человек недавно стал легендой. У нас не так много достойных гениев, но этому мастеру удалось невероятное. Он получил «Принцессу» на камне всего в один карат. – Хозяин виллы Деметриу разговорился – алкоголь дал о себе знать. – Могу вас представить.
– Боюсь, не понимаю, о чем вы. – Я очень удивилась своему холодному тону.
– Да не обращайте внимания, это ювелирный сленг. Пойдемте. – Он схватил меня за локоть и повел к центру толпы.
Внезапно стройные аккорды музыки и веселья пронзил громкий звук. Деметриу отпустил мою руку и быстрым шагом бросился куда-то в сторону. Рядом оказался Мика. Он и еще несколько человек из его друзей собирали людей и спешили отвести их в сторону от сада.
Я поискала глазами его отца. На краю бассейна, где остановился Деметриу, виднелась худощавая фигура их деда, с которым мы так мило несколько часов назад плавали среди рыбок. Дед держал в руках ружье, целясь прямо в грудь своему сыну.
