Киря получил информацию, что стоматолог Анатолий пришел в сознание и уже пытается говорить. Из реанимации его пока не перевели, но состояние стабильное. А второе сообщение было от Сергея. Он написал, что совершил ошибку и нам срочно нужно поговорить. А так как я сейчас вне города, то он будет с нетерпением ждать моего возвращения. Вот я и не поняла – это хорошо или плохо? В любом случае наш разговор состоится, а это главное.
За прошедшие сутки произошло столько событий, мой мозг кричал SOS. Я даже не заметила, как отключилась.
– Постой. – Елени окликнула меня, когда я уже покидала особняк, отправляясь на «уборку» в «Crystal».
Сегодня еще один насыщенный день, я встала с утра пораньше и решила не будить Елени. Андреаса предупредила, чтобы он обеспечил ей здесь безопасность. Но девушка, видимо, проснулась еще раньше, она ждала меня.
Мы вышли на террасу, и Елени протянула мне листок бумаги, исписанный корявым почерком. Это было признание. Письменное признание Елени на английском языке в чем-то, чего я еще не знаю.
– Мне трудно говорить, – начала она со свойственной ей хрипотцой, – детская болезнь посадила мои связки. Отдай это в полицию, если я вдруг исчезну.
– О чем ты говоришь? – Я понимала, что Гирр не успокоится, пока не сотрет все свои следы. Страшный человек.
– Он найдет меня. Читай. И еще раз спасибо! – Елени поежилась.
– Почему тебе сразу не отправиться в полицию?
Она обреченно посмотрела на меня.
– А где доказательства? Я всего лишь уборщица, а он крупный магнат и благотворитель. Кому поверят? А вот если будет тело, – она сглотнула, ей и вправду было тяжело говорить физически, – тогда будет и дело…
На этом мы попрощались.
Сев в такси, я начала читать:
Я, Елени Горгиу, признаю свою вину частично в том, что участвовала в снабжении запрещенными веществами господина Рида Гирра и его коллег компании «Crystal» путем передачи в качестве курьера. Все фамилии коллег мне известны: Неоцлеус, Мина, Марцоу, Паут. Основной поставщик мне неизвестен. Я лишь забирала партию в определенном месте. Мои действия не были добровольными. Я вынуждена была искать средства на лечение своего ребенка. Так как работа не могла обеспечить затрат на дорогостоящие лекарства, я была вынуждена согласиться на все предложения Рида Гирра, в том числе интимного характера. Когда оплата за мою услугу стала периодически задерживаться, начались проблемы с лекарствами. Мой ребенок погиб. Гирр никак не отреагировал на мое горе. И тогда, не сдержав эмоций, я ненароком вскрыла тайник с порошком в кабинете заказчика, это была моя ошибка. Он жестоко наказал меня. В тот раз мне повезло. Но он все равно найдет меня. Теперь мне терять нечего. Я готова к признаниям.
P. S. Мне известно несколько тайников, но, насколько это актуально в данный момент, не уверена: ваза в рабочем кабинете Гирра, запасные шины в гараже особняка в Платресе, хрустальный череп в резиденции в Ларнаке, старинная пепельница с двойным дном в холле компании «Crystal», там часто устраиваются посиделки с «партнерами».
А вот и ответы на некоторые вопросы. Сфотографировав лист с признанием, я отправила его в «Майбер» Кире. Бумажка может и потеряться. Он, наверное, удивится, но молча все поймет.
Я не знаю широту связей Гирра и как быстро он может вычислить местонахождение Елени. Просто нужно скорее забрать алмазы и вывезти Елени из города, куда-нибудь подальше от всех этих гирров и их предложений. Я уверена, мы с Кирьяновым придумаем что-то.
Но мне не повезло, хотя все шло так гладко. Я с легкостью прошла через охрану. В этот раз охранник мне улыбнулся еще шире. Я приветливо ответила ему тем же.
