— Простите, совсем не хотела вас двоих оскорбить, но ты сам виноват Фиал — такое сказать! Меня кстати Лейла зовут — обратилась она уже ко мне — А моего отца — Мирсан.
— Очень приятно, Лейла, Мирсан — кивнул я обоим.
Еда на нашем маленьком костре дошла до готовности и все стали по очереди черпать наваристую кашу с крошеными полосками мяса из котелка.
Отужинав, я раскрыл свой дневник и, убедившись, что все заняты своими делами, стал делать в нем пометки при свете мерцающей свечи из халитового жира.
Поскольку прогресса с живыми преобразователями эфира у меня пока не было, то я временно забросил это дело и стал разрабатывать теорию местной магии. Мое «заочное» обучение плюс любезно предоставленные ДеВитарами сведения позволяли уже сделать кое-какие выводы в этом направлении. В различных заклинаниях определенно наблюдались схожие элементы при мысленном воздействии на вещества, но почему, например, для создания точки каления воздуха в пространстве нужно было последовательно мысленно произнести именно три слова и представить соответствующие им символы, две пары из которых использовались в заклинаниях соответственно сжатия воздуха и формирования плоскости, я до конца, пока, понять не мог. Понятно, что все это заранее обусловленные чем-то «кирпичики» заклинаний, но понять принцип их взаимодействия для самостоятельного прогнозирования результатов я пока не в состоянии. Следующая на этом пути задача — понять возможность формирования собственного «кирпича», то бишь пока условно неделимой некоторой базовой структуры, а там глядишь и до его разделения недалеко. Если удастся последнее — это вообще сказка. Это как увидеть исходный код базы для всех заклинаний — золотое Эльдорадо местной магии.
Краем глаза я заметил, как свет от костра наемников вдруг перестал быть таким ярким. Темный силуэт медленно приближался ко мне, чтобы через несколько мгновений превратиться в лучника наемников.
— Погоняем стрелы? — обратился подошедший ко мне Калматор.
— Темно же уже — попытался я отбрехаться от никому ненужного меряния причиндалами.
— Ерунда! — отмахнулся наемник — Так ты идешь?
Пришлось захлопнуть дневник и направиться вслед за наемником, не забыв прихватить лук с небольшим колчаном. Калматор запалил у костра походный фонарь и подошел к уже облюбованному им дубу, что рос на краю нашего импровизированного лагеря. Подвесил фонарь на нижнюю ветку и остывшим угольком от костра обозначил три вложенных круга на стволе. Мы отошли от мишени примерно на шесть десятков шагов и изготовились к стрельбе. Первым стрелял наемник: в потемках я услышал, как натянулась тетива, и лук недовольно кашлянул «плечами» отправив стрелу в полет. Стрела воткнулась в «средний» круг, чуть не дотянув до центрального.
Ладно, любитель умывать гражданских — прекрасно ведь знаешь, что мой лук менее «профессиональный» по размеру, составу древесины и конструкции. Сейчас ты на собственной шкуре поймешь смысл слова «читер».
Натянув тетиву, я послал свою более легкую и менее длинную стрелу в мишень, чуть придав ей ускорения магией. Увидев результат стрельбы, наемник недоверчиво подошел к дереву. Моя стрела попала в центральный круг. Калматор с удивлением уставился на древко, пытаясь сообразить, как стрела могла войти так глубоко в цель, будучи выпущенной из несоставного лука с менее широкими плечами.
— Служил раньше? — спросил наемник, с удивлением посматривая на мое стрелковое оружие, словно надеясь найти в нем какие-то скрытые от глаз апгрейды.
— Нет. Только себя защищать приходилось.
Все что оставалось «Золотому коту» это только удивленно крякнуть.
— Продолжим?
— Честно сказать — у меня нет настроения сейчас упражняться — ответил я — Может быть завтра и не в такой темноте.
На этом и расстались. Через полчаса все стали готовиться ко сну. Наемники распределили между собой дежурства. То же самое сделали мы: первую вахту отдали Мирсану, потом он должен был разбудить меня, а «собачью» взял себе Руфим. Таким образом, в лагере должны были дежурить два часовых. Не то чтобы мы с наемниками друг другу не доверяли, но ведь жизнь — она тоже одна.
Следующий день не сильно отличался от дня предыдущего. Все тот же сосенный лес по краям дороги, едущие навстречу караваны, то небольшие в 3–5 телег, то огромные, укомплектованные серьезными охранниками в рыл тридцать-сорок, хмуро смотрящие на тебя и твоих спутников исподлобья. Иногда приходилось обгонять едущие с нами в одну сторону — такие, как правило, были гружеными до предела и купцы предпочитали медленную езду случайно поломанной оси, возникшей от сочетания непомерной тяжести и какой-нибудь незамеченной колдобины.
В обед мы свернули на Астар, покинув эту средневековую загруженную транспортную артерию. Дорога стала гораздо уже, но и встречные караваны стали попадаться реже. Часа за два до ночного привала ко мне подъехал Весло и в своей прежней веселой манере поинтересовался:
— Чем вы вчера таким интересным с Калматором занимались, что он весь день молчит и о чем-то сосредоточенно раздумывает?
