Керна в доме ожидаемо не было, и мы сразу отправились на улицу. Первое, что поразило Лику в столице — толпы постоянно спешащего куда-то народа. Нет — и у нас в Холме ей не раз приходилось бывать на торговой улице, но здесь ВСЕ широкие улицы были заполнены людьми или едущими по своим делам всадниками. И хотя, я, дитя более старого мира, этот разряженный поток горожан толпой бы никак не назвал, но для девочки, большей частью мотавшейся по деревням и поселкам, это было культурным шоком. Вторым открытием для ребенка стало то, что каждая улица здесь мощена камнем, да где-то уже изрядно выщербленным, но все-таки камнем — никакой размокшей глины под ногами, никакой земли — только камень. Я провел ребенка по чистым улицам верхней части среднего города, где почти что каждый дом был маленькой копией какого-нибудь замка, Лика с удивлением смотрела на расположенные здесь фонтаны, которых в Холме отродясь не было и в соответствии с древней традицией бросила туда несколько серебряных монет с гордостью косясь на нескольких явно обеспеченных парнишек, которые, тем не менее, могли себе позволить утопить в воде лишь медь. Скорее всего, девочку приняли за чью-то богатую наследницу, а мою невзрачную фигуру посчитали приставленным к ней телохранителем. Потом я провел ее по Ярмарочной улице, которая на самом деле была веселым пристанищем множества фокусников и артистов. Мы ели сладости, привезенные из восточных королевств и запивали их соком плодов цурими, что растет на приконтинентальных островах на юге, по вкусу похожим на смесь ананаса и клубники, обсуждали факира, что развлекал публику огненным дыханием, а также группу из трех барышень, что танцевали под музыку и задирали подолы платьев неприлично высоко. По последнему пункту пришлось объяснять девочке, что в Саниме это не считается неприличным, по крайней мере, для уличных танцовщиц и это вовсе не означает что они «те самые».
Потом мы пошли на площадь Бродячих артистов. По слухам за вход на представление нужно было заплатить пару медяков — сам я до этого ни разу не удосуживался посетить это место. К моему удивлению платить сегодня не пришлось — всех желающих бесплатно пропускали туда, где каждый день труппы артистов давали жителям спектакли. К моменту, когда мы с Ликой попали на площадь, представление уже шло полным ходом.
Суть творившегося сейчас на сцене сводилась к тому, что к недалекому, но добродушному крестьянину прибежал раненный человек, впоследствии представившийся Магом Искажений. Крестьянин его приютил, а маг, по ходу действия пьесы, все больше открывал свое истинное лицо негодяя, пытаясь то соблазнить жену крестьянина, то отравить самого хозяина дома. Надо сказать, что гримеры работали прекрасно — у моего прототипа с каждой новой сценой под глазами все более явно проявлялись темные круги, а лицо визуально удлинялось все больше и больше становясь похожим на образ вампира, о которых в этом мире, кстати, слыхом не слыхивали.
Тут мой персонаж зловеще захохотал и вытащил из-за спины пару деревянных колодок. Крестьянин в ужасе бросился прочь из дома, а мой герой не будь дурак — решил пока обесчестить дочь хозяина, раз уж с женой не получилось, но в самый ответственный момент на сцене появились новые персонажи: могучие волшебники во главе с Архимагом в роскошном плаще, расшитом камнями имитирующими амрилл. Увидев такую силу, Маг Искажений повалился на колени и запричитал, обращаясь к Архимагу:
Тут Маг Искажений не выдержал и заревел в три ручья. Собственно, на этой оптимистичной ноте представление и закончилось. Зрители стали расходиться: кто-то довольный делился впечатлением:
— Ох, жучара! А с женушкой-то как расстарался — жаль не показали как он ее…
— Лучше бы заплатили деньги за нормальное представление, чем такую халтуру задарма смотреть! — возражали ему.
