— Сразу и не разберешь, где женщины, а где мужчины — словно боясь нарушить висевшую здесь тишину, тихо произнес Ход.
Некоторое время он ошарашено озирался. Потом подошел к одному из кусков мяса, некогда бывших человеком и стал всматриваться в то место где у несчастного, по-видимому, раньше была спина.
— Подойди сюда, мастер Руфим.
Подошедший Руфим нецензурно выругался.
— Я должен был в первый раз это заметить. Готов спорить, эти удары нанесли еще до начала этой кровавой оргии.
— В спину — сухо произнес Ход.
— Причем, с такими ранами можно жить долго.
— Оно и понятно. Приняли бы мы тех стражников в наш отряд, и наше путешествие закончилось бы здесь. Даже магия не всегда может помочь против удара в спину.
Осмотрев взглядом все вокруг, мастер Руфим задумчиво произнес:
— Чтобы зайти так далеко по этой тропе, нужно очень долго по ней идти.
Ход понятливо кивнул.
— Как думаешь, мы прошли по краю? — вновь подал голос мастер.
— Не будь у нас женщин, я склонен бы был в это верить.
— Что будем делать?
— Остальным — без подробностей. Готовимся к встрече.
Когда Ход вернулся, взгляды всех членов отряда были обращены к нему.
— Кто-то убил нескольких путешественников — коротко пояснил он.
Лика в конец не выдержала напряжения и расплакалась. Миранда неодобрительно посмотрела на мага. Он только беспомощно развел руками, мол «все равно, что-то сказать надо было».
Отряд стал двигаться еще медленней. Ехавший впереди Бура несколько раз останавливал движение, когда ему казалось, что впереди что-то маячит. В первый раз источником ложной тревоги стал огромный пень, своими уродливыми очертаниями напоминавший издали помесь человека с невиданным животным, второй и третьей остановке наемник не смог дать внятного объяснения.
Когда Ход уже было решил сменить Буру с его не в меру расшатавшимися нервами на Силка, впереди показалось открытое пространство.
— Я помню это место — пробормотал себе под нос Ход, сказав остальным уже громче — Лагов через десять съезжаем с тропы.
Большинство путешественников облегченно вздохнуло: конечно и после этого их можно будет выследить, но вот устроить засаду, когда не знаешь куда именно движется добыча становится в разы сложнее.
Но чаяньям людей Хода не суждено было сбыться. Впереди их ждали.
На противоположной стороне большой лесной поляны молча стояли двенадцать человек. На лицах людей, давно перешедших незримую черту, к которой даже близко не подбиралось большинство садистов и мастеров пыточных дел, не отражалось ничего. Только скука в глазах. Они уже давно не пытались запугивать путешественников словами или своим поведением, как это делало большинство обычных разбойников. Ведь страх и ужас своих жертв они видели сотни раз. А когда постоянно смотришь на одно и то же, это рано или поздно надоедает. Но и остановится на выбранном пути им было не под силу: чувствовать, что обладаешь чужой жизнью, видеть обреченность в глазах людей — это стало их пристрастием, от которого им уже не суждено было избавиться.
Солнце, и так не баловавшее в последние дни своими лучами эту землю, закрыла темная туча, подул холодный ветер и картина стала напоминать сюрреалистическую: двенадцать мужчин стоят, словно изваяния, с каменными лицами, не произнося ни слова, ветер пригибает к земле траву и вся поляна погружена во мрак среди бела дня.
От увиденного пробрало даже некоторых мужчин. Лишь четверо смогли сохранить внутреннее душевное спокойствие: Ход, опасавшийся до этой встречи шальной стрелы от которой не спасет даже магия: ведь нельзя держать воздушный купол во время всего их путешествия; «кукла» которой было все равно: сражаться, кушать или спать; Старый, представлявший себе примерное количество разбойников с которыми разделался маг, в ту памятную ночь, когда он бежал из плена; и мастер Руфим, который вообще много чего повидал в своей жизни. Наемники, практически не видевшие волшбу в действии (не считая разорвавшегося стула, а где на поляне взяться стулу, спрашивается? — тут даже деревца самого зачуханного не найти) в основном рассчитывали на свои мечи и их сильно беспокоило численное преимущество противника. Их четверо, мастер Руфим и Рик — вот и все. На «безмозглого здоровяка» они не рассчитывали, доктор и Старый — не в счет. Ход — маг, темная лошадка — может нескольких на себя и оттянет, если раньше не скопытится.
— Ты говорил, что Ход архимагу ровня — обратился Керн к Буре, как самому просвещенному в магических вопросах из их четверки — Как думаешь, многих он убить сможет.
Бура скривился как от зубной боли:
— Будь он архимагом — всех бы убил, но ведь магов учат долго — одно дело мебель взрывать уметь, да решетки резать, другое — когда тебя людей убивать учат. Вот после сегодняшнего боя и узнаем, что он за птица, если живы останемся — потом, вспомнив их совместные приключения в темном переулке Санима, добавил — Ну двух он, пожалуй, сможет отправить в небесные чертоги. За остальное не ручаюсь.
