Острое жало впивается в шею - третий, шедший чуть позади, орк выстрелил из игломета. Какая игла, сонная или ядовитая?.. Без разницы, на меня яды не действуют!
С рыком вырываю иголку из шеи. Скалюсь на орка... В ответ придурок снова стреляет.
Мимо!
Я бросаюсь к орку, валю на землю и вонзаю клыки в шею.
Поздно трепыхаться, урод. Уже всё поздно.
Кровь ревущим потоком устремляется в горло...
Хорошо, Великий Прародитель, как же хорошо!
Никакое вино или наркотик, ни одна женщина не может подарить такого наслаждения, как кровь разумного существа. На меня волнами накатывает безумие, эйфория, восторг. Я чувствую себя всемогущим и каким-то ёмким, цельным, ощущаю каждую клеточку своего тела...
Почти забытые ощущения... Великий Прародитель, неужели я когда-то был так глуп, что добровольно от всего этого отказался?!
Затягиваются ранки на руках и лице, восстанавливается зрение. Кожу по всему телу начинает пощипывать, покалывать...
Орк уже пуст, но я всё ещё голоден. Перемещаюсь к другому, тому, которому я отрубил голову. Тело ещё не успело остыть, а кровь свернуться...
Тихий еле слышный шорох раздался откуда-то сверху. Я оторвался от поглощения пищи.
На меня смотрел Сажа.
13-й день Атанарил-лин 223 года от О.В.
Я лежу беспомощным кулём в фургоне. На лодыжках и запястьях парализующие браслеты, на шее рабский ошейник. Горло сковывает какое-то хитроумное плетение так, что я и звука издать не могу - сиятельные лоэл'ли справедливо решили, что бесправной рабыне дар речи ни к чему.
Фургон эльфов только с виду такой изящный и комфортабельный. А на деле - та ещё колымага! На каждой кочке подпрыгивает, трясётся и качается так, что мне теперь корабль контрабандистов чуть ли не Чертогами Матери Араш кажется. Неудивительно, что эльфы предпочитают передвигаться верхом на лошадях, а фургоны используют для перевозки скарба, к которому определили и меня.
Да, теперь я всего лишь вещь, забавная зверушка!..
Эльфы меня немного подлатали. Бок, который я так неудачно ободрала о киль шлюпки, натёрли какой-то мазью, а может, над раной и поколдовали... Не знаю, я тогда в отключке была. В любом случае, надеюсь, что эльфы меня лечили, а не какие-то каверзные плетения испытывали, знаю я этих ушастых извергов... Бок уже давно не болел, так, ранку слегка пощипывало.
Поймали меня эльфы ночью, а сейчас солнце уже клонилось к закату. И весь день я провалялась в этом хайдашевом фургоне. Лишь пару раз лоэл'ли объявляли привал, с меня снимали парализующие браслеты, и под охраной тройки дэйш'ли я отправлялась прогуляться до ближайших кустиков...
Чем не возможность для побега? И я бы рискнула, если бы не рабский ошейник. Только Хайдаш знает, встроены в тонкий металлический обруч какие-то магические плетения или это всего лишь безобидная безделушка, атрибут моего нового статуса. Да и я слишком слаба, если свершится чудо, и сумею одолеть охранников дэйш'ли, то далеко убежать всё равно не получится. А когда ушастые меня вновь схватят, то разговор у них со мной будет совсем другой.
Нет, с побегом пока лучше повременить. Набраться сил, разведать обстановку, ну а эльфы, может, к тому времени немного потеряют бдительность.
Ага, мечтать не вредно. Как бы не тешила я себя подобными надеждами, как бы ни убеждала, что всё наладится, что всё ещё будет хорошо... я понимала, что врать себе - глупо. Ведь как минимум один из лоэл'ли знал, что я совсем не та, кем хочу казаться.
Перед тем, как подвесить вниз головой и начать допрос, меня обыскали. Руководил обыском мой недавний знакомый, эльф по имени Найри, хотя сам он, конечно, не опустился до того чтобы шмонать какую-то грязную полукровку. И всё же в какой-то момент он оказался достаточно близко, чтобы шепнуть: "Хочешь жить - о нашей встрече молчи".
И я молчала. А что мне ещё оставалось? И теплила в себе надежду, что некоторое чувство благодарности эльфам не чуждо...
Боги иногда странно шутят. Несколько дней назад я спасла жизнь парочке эльфов, тому самому Найри и эльфийскому принцу. Хотя 'спасла жизнь' - это громко сказано. Скорее предотвратила покушение.
Я почти не сомневалась, что ушастые и сами бы справились. Вот именно, что почти. Если бы кто-то из эльфов погиб или серьезно пострадал, то у всех жителей вольного города Танниса, а, возможно, и у всех оставшихся свободных людей на Тауре, были бы огромные проблемы. А потому я вмешалась... и попалась.
Как ни странно, но эльфы не только сохранили мне жизнь, но и отпустили меня. А ведь они знали, что я полуэльфийка! Впрочем, почему отпустили, как раз понятно, лоэл'ли отправились на ночную прогулку по человеческой резервации тайком, и крайне не хотели, чтобы об этом их проступке стало кому-то известно. А вот почему меня не убили?.. Единственное объяснение, которое я нашла, так это то, что юные эльфики были слишком чувствительны, чтобы убить свою возможную спасительницу. Точнее, чувствителен был именно эльфийский принц, а вот Найри недрогнувшей рукой перерезал бы мне глотку.
