– Знаю, но выбора у нас особого не было. Свободных лиенов осталось всего пятеро, а из них связать свою жизнь с Рийной согласился только один.
– И поступил так Ррэко явно не от большого ума, – заметил Олиани, младший муж. – Не иначе им овладела жажда приключений, а жизнь в горах показалась слишком скучной.
– Я не могу его за это винить, – сказала Арелина. – Ррэко пусть и молод, но, что бы ты ни говорил, совсем не глуп. Это мы просто Рийну недооценили. Даже я не ожидала от малышки такого, что уж говорить про лиена.
– Меня волнует, что Рийна слишком много знает. Ты разрешила поделиться с малышкой некоторой информацией. Но, по моему мнению, откровенность Ррэко превысила все допустимые пределы, – вздохнул Итэрлен.
– Да, это тоже меня беспокоит, – задумчиво кивнула Арелина, продолжая как ни в чем не бывало любоваться пейзажем за окном. – С другой стороны, девочка заслужила узнать хотя бы малую часть правды.
– А если она не справится? Не сможет достать кристалл? – спросил Олиани.
Рэйа отвернулась от окна и посмотрела на младшего мужа. Тонкие сливовые губы Арелины украсила грустная улыбка.
– Значит, мы проиграли. Если у Ри не хватит решительности, изворотливости и сообразительности выкрасть у эльфов кристалл, то и со своей миссией в дальнейшем она справиться не сможет.
– Олиани прав, мы сильно рискуем, – сказал Итэрлен. – И дело не только в способностях Ри. Кристалл может взять в руки только человек…
– Ри верит в то, что она человек, – перебила мужа и советника Арелина. – Она осознает себя именно как человека, думает о себе как о человеке. А значит, у нас есть шанс. Если Ри сможет взять кристалл в руки, то и потом она его тоже сможет использовать.
– Но если с малышкой что-нибудь случится, нам некем будет ее заменить…
– Все так. Но, как я уже сказала, выбора у нас нет. Этот ход целиком и полностью зависит от Рийны.
В Норрей мы прибыли строго по расписанию. Никаких проволочек, поломок или прочих непредвиденных ситуаций. Разве что Сажу в самовозке с непривычки укачало и непременно вырвало бы, если бы не пустой желудок. Я предполагал такое развитие событий, а потому мы и утром позавтракали легко, и обед пропустили не только по причине шатающихся по Аррею орков.
Я тоже чувствовал себя не самым лучшим образом. В ящике было душно, да и габариты его оставляли желать лучшего, ну никак он не был рассчитан на провоз существа, ростом почти в два раза превышающим среднего жителя Одр Крапа. Мне ноги пришлось согнуть так, что колени почти касались ушей, голову втянуть в плечи – но даже это не уберегло мой затылок от близкого знакомства с потолком. Всю дорогу самовозку трясло, она надрывно скрипела, иногда ящики-вагоны наклонялись под таким углом, что, казалось, состав вот-вот перевернется, но нет, самовозка как ни в чем не бывало продолжала нестись по вырубленному в горах туннелю.
Гномы, глядя на нас с Эрихом, только посмеивались в кустистые бороды. Коротышки всегда к наземным жителям относились с неким презрением и непониманием. В отличие от нас, подгорные жители не испытывали от поездки никаких неудобств, скорее, наоборот, получали удовольствие.
Путь от Аррея до Норрея занял без малого шесть часов. Когда самовозка наконец остановилась, мы с мальчишкой чуть ли не в унисон протяжно вздохнули и удостоились нескольких презрительных высказываний со стороны гномов. Но нам было все равно, главное – доехали. О том, что предстоит еще одна поездка на самовозке, я старался не думать.
Норрей – узловая станция, здесь пересекаются сразу семь туннелей-путей. И здесь же мы должны были пересесть на другую самовозку, которая довезла бы нас до цели нашего подгорного путешествия – до Лайэна. Но помощник начальника станции мне с прискорбием сообщил, что самовозка в Лайэн сможет отправиться только через несколько дней. Такое большое отклонение от расписания объяснялось тем, что в туннеле произошел обвал и на его расчистку требовалось время. Да, самовозки не так уж и безопасны, как декларируется гномами.
В итоге нас на целых пять дней заперли в тесной комнатушке, которая по какой-то ошибке богов именовалась гостиничным номером. Выходить за пределы гостиницы нам строжайшим образом запрещалось, дозволялось только посещать нужник, расположенный на нижнем уровне, и общий зал, хотя последнее и не рекомендовалось. Вот и вышло, что практически все время я сидел с мальчишкой в комнатке три на три метра, высота потолка которой составляла около полутора метров. Окон в данном помещении не предусматривалось.
Денег за эти удобства содрали столько, что можно было пару раз от Аррея до Норрея прокатиться. Жадная мелюзга! Знали, что деваться презренным людишкам некуда! Либо плати, либо отправляйся в каменоломни, там вечная недостача рабов-людей.
