Нина Викторовна побарабанила пальцами по столу, - Да, свербит в нем "бремя белого человека". Как там писал сэр Редьярд?
- Вот-вот, ответил я ей, - душевным человеком был создатель "Маугли", особенно вот в таких строках:
Блейк с тревогой смотрел на мои с Ниной Викторовной упражнения в словесности. Он с тревогой спросил:
- Господа, а что будет со мной?
Полковник Антонова ответила британцу:
- Все будет зависеть от степени вашей полезности российским армии и флоту, а так же от вашей помощи нам в войне против турок.
Она дождалась пока конвой, увел пленного, после чего поинтересовалась моим мнением о результатах допроса.
- Дорогая Нина Викторовна, по-моему, мы узнали достаточно много интересного. Надо еще проанализировать полученную информацию, сверить ее с имеющимися у нас историческими материалами, а потом, в обобщенном виде доложить адмиралу. Впрочем, все в рамках того, что мы и так знали из исторических источников, ничего принципиально нового.
В этот момент в дверь постучали. В аудиторию зашел странно веселый полковник Бережной, и с ним какой-то человек, одетый в камуфляжную форму с погонами старшего лейтенанта, но, явно не имеющий никакого отношения к нашим морякам или морпехам. Похоже, что этот плотный черноволосый мужчина средних лет, но уже с сединой на висках, был кем-то из местных.
Бережной приложил руку к козырьку камуфляжного кепи. - Здравия желаю, друзья. Вот, хочу представить вам местного коллегу, поручика Никитина Дмитрия Ивановича. Он был освобожден из турецкого плена нашими морскими пехотинцами, так что прошу любить и жаловать... Перед войной поручик проводил разведку Дарданелльских и Босфорских укреплений и Стамбульского гарнизона. Более того, при аресте он сумел сохранить добытые материалы, а после своего освобождения передал их нам. Благодаря этому героическому поручику, скоротечной Боспорско-Дарданельской операции - быть!
Да вы не краснейте, уважаемый, все нормально, мы все только выполняем свой долг перед Россией. Так что, товарищи офицеры, сбор в оперативном отделе ровно через час.
- Вот тебе бабушка и Юрьев день! - Нина Викторовна бросила взгляд на часы, - Александр Васильевич, будьте любезны, напишите отчет, а я пойду посмотрю чем там у нас "аналитики" занимаются, и в первую очередь ваш бывший коллега подполковник Ильин.
Иногда мне хочется смеяться, иногда - плакать, а иногда кричать, - Господи?! - Куда я попал?! - Кто эти люди, и зачем я здесь?!
В один момент мир встал с ног на голову, и все то, что я знал раньше, в одночасье потеряло смысл. Иногда мне это даже нравится, приятно, знаете ли, оказаться на стороне победителей. Тем более в деле, которому ты посвятил всю свою жизнь. Но, господа, давайте все по порядку.
Унтер-офицер, которому я сказал, что он имеет дело с русским офицером, не стал со мной спорить, и лишь удивленно приподнял левую бровь. Дальше произошло нечто совершенно невероятное. Он вытащил из нагрудного кармана своего жилета маленькую черную коробочку с торчащим из нее штырем, что-то на ней нажал, и приложил ее к уху. - Товарищ капитан, докладывает сержант Бондаренко. Тут это, грек, которого мы из зиндана вытащили, говорит, что он русский офицер, разведчик... - коробочка что прохрипела в ответ, и унтер оглянулся. - Так недалеко от ворот мы, под навесом. Ага, так точно, товарищ капитан, выходим к воротам и ждем. - Унтер убрал коробочку в карман, и повернулся ко мне. - Вот так, господин офицер, товарищ капитан сейчас подойдет, выходим к воротам, и там ждем его...
У этих самых ворот я остановился в остолбенении: огромные створки из кедровых досок в два пальца толщиной лежали сорванные с петель. Ну, а чуть дальше, на площади, стояло то, что заставило меня вытаращить глаза от удивления. Боевая повозка, машина - не знаю даже, как и назвать ЭТО, причем того же цвета, что и форма на диковинных солдатах. На вид она вся была сделана из железа, и при этом еще и двигалась не на колесах, а на длинных гибких лентах из металлических звеньев, соединенных в кольцо. Так вот, что так лязгало и гремело у меня над головой! Только вот, хоть убейте меня, я не представляю, что за мотор приводит в движение сей удивительный аппарат. Ведь для паровой машины необходимой мощности внутри просто нет места.
