- Значит так, перед нами его султанское величество Абдул Гамид II. Брать его только живьем. В молодости он занимался гимнастикой, верховой ездой и стрельбой. Так что султан неплохо физически развит. Очень подозрителен, никому не доверяет, всегда спит с револьвером под подушкой.
В его оправдание можно сказать, что быть султаном в Турции - очень опасная профессия. За истекшие пятьсот лет почти ни один султан не умер своей смертью, хотя очень многие - в своей постели. - Парни понимающе усмехнулись. - В деле нас будет поддерживать группа ударных вертушек, выделенный канал для связи с ними вы получите непосредственно перед началом операции. И еще, неподалеку от дворца расположен комплекс казарм султанской гвардии, элитные войска натренированные германскими инструкторами, примерно двенадцать тысяч штыков. Одновременно с началом захвата дворца, тройка Су-33 исполнит по ним "соло на ОДАБах".
Командир роты и мой первый зам, майор Гордеев, поднял руку. - Как я понимаю, дворец необходимо не только захватить, но и удержать?
- Да, Александр Александрович, удержать дворец необходимо. Во-первых, из-за хранящейся в нем султанской казны и прочих материальных ценностей, во-вторых, просто, как центр власти. Но мы не ждем организованных попыток турок его отбить. Максимум, что возможно, так это попытки проникновения на территорию дворцового комплекса банд мародеров.
И еще, примерно через два с половиной часа после начала операции в районе дворца будет развернуто до батальона морской пехоты, причем, первую роту, без бронетехники, мы перебросим вертолетами уже минут через сорок. Не думаю, что в таких условиях задача удержать дворец будет очень сложной. Кроме дворца морская пехота возьмет под контроль арсенал Топхана и прилегающий к дворцу посольский квартал. - Я посмотрел на часы. - Надеюсь, что все ясно, потому, что времени на разговоры больше нет.
Все, время пошло! Ударные вертушки одна за другой оторвались от палубы и легли в круг ожидания. На стартовые площадки начали выкатывать наши транспортные Ка-29. Сейчас наша эскадра миновала остров Мармарис и находится на расстоянии получаса полета вертолета до Константинополя.
Да, отныне и навеки этот город будет теперь именоваться только так!
Запрыгиваю в вертолет. Вместе со мной летит еще полувзвод спецназа, шестнадцать отчаянных парней в черных ночных камуфляжах, с ног до головы увешанных своими "орудиями труда".
Раскручиваются турбины, и вертолет поднимается в воздух. Невидимая во тьме, проваливается вниз палуба "Кузнецова", а на горизонте уже видно тусклое розовое зарево - Константинополь. Этот мир еще не знает электрического освещения, но на бульварах и улицах городских кварталов, где проживают богатые люди, уже светят газовые фонари. Газом здесь освещают не только улицы, но и обычные жилые помещения, так что ночью крупный европейский город виден издалека. Вот и Константинополь при султанах тоже не избежал определенной европеизации, и тоже стал виден с воздуха, не за двести километров, как в наше время, но за пятьдесят вполне уверенно.
Два десантных Ка-29 и два "Аллигатора" чуть обгоняют общую группу. Все правильно, это группа, которая пойдет брать арсенал. А Константинополь - вот он, уже рядом. По левому борту в темноте угадываются купола Святой Софии в окружении минаретов, и рядом - развалины старого дворца византийских базилевсов.
А вот и дворец Долмабахче, впереди и левее нас. Снимаю с предохранителя автомат. Парни один за другим уже скользят вниз по сброшенному тросу. Высота метров двадцать, но ниже не опуститься по банальной причине - под нами сад. Я последний.
Фу ты, ноги касаются земли. Сколько лет так не десантировался, но тело все помнит в деталях. Отпускаю трос, и вертолет, как освобожденный воздушный шарик резко набирает высоту, теряясь во тьме. Надвигаю на глаза ноктоскоп, и темнота сменяется серыми сумерками. Бродячие псы за оградой подняли оглушительный лай, но поскольку, как я читал, их лай для всех - дело привычное, и ночные стычки между бродячими сворами происходят постоянно, то охрана этим шумом никак не озаботилась. - А зря!
Не дожидаясь команд, спецназ быстро расширяет границу захваченной территории, бесшумно уничтожая двинувшихся на шум турецких часовых. Внешний периметр в соответствии с планом занимает группа капитана Андронова, а перед нами дорожка к узкой двери черного хода во дворец. Судя по специфике валяющегося под ногами мусора - на кухню. От двери синим глазом два раза моргнул фонарик. - Свои!
Выйдя из дома Кириакоса, я вместе с хозяином направился к пристани. Но перед этим я достал из кармана радиостанцию, включил ее, и, как было ранее договорено, трижды нажал на кнопку вызова. Это был сигнал, означавший - "Все в порядке - встречайте гостя". На пристани нас уже ждала лодка.
