Майор еще раз что-то нажал, и на откинутой крышке ящика появилось изображение моря. По этому морю плыли корабли под андреевским флагом. С удивлением и ужасом султан смотрел, как эти корабли, настоящие порождения Иблиса, расстреливали ЕГО броненосцы, гордость султанского флота. Корабли гяуров уничтожили всю эскадру османов буднично и неторопливо, подобно тому, как волк, забравшийся в овчарню, режет смиренных овечек.
Увидел Абдул-Гамид и то, как с помощью своих ужасных кораблей русские захватили остров Лемнос. Страшные ревущие боевые повозки гяуров буквально разметали турецкое войско, и башибузуки, естественно, те, которые уцелели, позавидовали мертвым, оказавшись в руках разъяренных греков.
Потом Абдул-Гамид увидел самое страшное и невероятное - с корабля, огромного, словно скала в море, с грохотом взлетали чудовищные стрекозы и аппараты, которые, ревели словно джинны, и летали по небу, подобно огнедышащие ифриты.
С помощью этих стрекоз и изрыгающих смерть аппаратов, русские уничтожили береговые батареи в Дарданелах, превратив в кучу обломков камней и кирпичей неприступные форты. А потом... А потом Абдул-Гамид увидел то, как был захвачен Стамбул, и как проклятые гяуры по хозяйски расхаживают по залитым кровью, и заваленным трупами аскеров, коридорам его дворца.
- Это неправда! - В отчаянии закричал султан - это все чары Шайтана, который, как в пустынях Счастливой Аравии, показывает несчастным, отступившим от Аллаха, миражи!
- Говорите миражи? - Ухмыльнулся подполковник. - Можете убедиться лично, что все это суровая реальность.
Майор выключил свой ящик, и предложил султану встать, и следовать за ним. Абдул-Гамид, как завороженный, вышел из каюты. Они шли по освещенным неживым светом коридорам, поднимались по крутым трапам, потом снова шли по бесконечным лабиринтам переходов. Абдул-Гамид уже начал было думать, что его вечно будут водить кругами. Вот открылась еще одна дверь, султан сделал шаг за порог, и зажмурился. Глаза его уже успели отвыкнуть от яркого света утра.
Пахло морем, и противно кричали чайки. Он открыл глаза, и с ужасом отшатнулся. Перед ним расстилался хорошо знакомый ему залив Золотой Рог. Только вместо приземистых броненосных фрегатов и корветов флота Блистательной Порты, залив был забит странными кораблями, покрашенными в темно-серый цвет, с андреевскими флагами, развевающимися на их мачтах. А корабль, на котором находился султан, был такой огромный, словно стамбульская мечеть Сулейманийе. На его палубе стояли те самые огромные железные стрекозы, и, похожие на наконечник копья, аппараты, с крыльями скошенными, словно у ласточки в полете.
Ноги у султана подкосились, и он мешком опустился на палубу. Будто во сне он смотрел на то, как проклятые гяуры перекатывают по палубе корабля-гиганта с помощью самодвижущихся повозок свои летательные аппараты, как какие-то огромные механизмы опускают их вниз, в трюм корабля, а другие стрекозы, похожие на летающих головастиков, взлетают с палубы корабля, и кружат над городом, бывшим когда-то столицей его империи.
- Эффенди, вам плохо? - Наклонился над ним майор Османов.
- Майор, что ЭТО?! - Опираясь на чужую руку Адбул-Гамид неуверенно встал, дрожа, как больной ребенок. - Скажите, откуда вы? - Надеюсь, что вы пришли в наш мир не из "Саккара", или, как у вас, у неверных, говорят, из "Преисподней"...
- Ну, во-первых, эфенди, - майор поддержал обмякшего экс-султана, - я не неверный, как вы изволили выразиться, а истинный правоверный мусульманин, читающий намаз пять раз в день. К тому же я совершил хадж, и имею право носить зеленую чалму... А что касается вашего вопроса, то мы пришли не из Саккара, а из будущего...Мы перенеслись в ваше время из 2012 года... Хотя это еще как посмотреть, что страшнее, ад или то будущее... - Майор склонился к уху Абдул-Гамида. - Ответьте нам эфенди, как правоверный мусульманин, могли бы мы оказаться здесь без воли Всевышнего?
- Хорошо, - с мукой в голосе выкрикнул бывший султан. - Всевышний пожелал нашей гибели, и как говорят попы франков - неисповедимы пути господни, но, скажите мне, почему вы, майор, правоверный и хаджи, служите этим гяурам?
- А потому, что сказал Пророк, что самый близкий к тебе из тех, что почитает Книгу, это тот, кто верует в Христа. Или вы, эфенди, готовы опровергнуть меня? - Абдул-Гамид промолчал. - Ваше бывшее величество, за все время пока мусульмане живут в Российской Империи под властью христиан, не было ни одного раза, когда христиане резали мусульман. - Ни одного! Блистательная Порта же пролила такие реки крови единоверцев моих друзей, что когда я вспоминаю об этом, мне становится стыдно, что я родился турком, и что я мусульманин. Ибо Всевышний определил каждому народу свое правоверие, и что хорошо для турка, не годится для русского, и наоборот. Но мы, турки, утопили нашу веру в крови и грабежах. И я решил, что будет достойно служить Властителю России, доброму и милосердному, не делящему своих подданных на христиан и мусульман.
