Пока Государь вел светскую беседу с князем Каролем и его очаровательной супругой Елизаветой цу Вид, мы обговорили все насущные вопросы с Иоаном Братиано. Он был горячим сторонником вступления Румынии в войну на нашей стороне. Я думаю, что это уже вопрос решенный. А уж если румыны узнают о том, что воевать-то фактически не с кем!.. Тут они, естественно, окончательно расхрабрятся...
После обеда мы попрощались с гостеприимными хозяевами, и стали собираться в обратный путь. И тут произошло то, чего я с трепетом в душе дожидался... Едва наш кортеж отъехал от дворца князя Кароля, как навстречу нам, чуть ли не под копыта коней императорской коляски, бросился мальчишка-газетчик. Он что-то громко вопил по-румынски. Я понял из его воплей лишь слова "Стамбул", "султан", "русеште". Я догадался, что речь идет о моих вчерашних гостях.
Государь тоже заинтересовался содержанием газеты. Он жестом подозвал к себе крикливого мальчишку и, сунув ему целковый, стал вчитываться в заголовок на первой полосе. Ничего толком не поняв, он просил сидевшего рядом с ним Братиано перевести ему.
Из своей коляски я наблюдал за реакцией императора. Она была бурной. Поначалу Государь слушал все, что переводил ему Братиано с недоумением, потом он окончательно оторопел, и, открыв рот, пытался сообразить - о чем собственно идет речь. - Граф! Николай Павлович! - крикнул он мне, - будьте любезны, подойдите, пожалуйста!
Я подошел к коляске Государя. Он протянул мне газету, и дрожащим от волнения голосом сказал, - Я ничего не могу понять... Или я сошел с ума, или ЭТО написал пациент из "дома скорби". - И не менее ошарашенный Братиану перевел мне заголовок: "Проливы захвачены эскадрой кораблей под андреевским флагом! Стамбул пал! Султан в плену у русских!" - Граф, это перепечатка сообщения французского агентства Гавас. Вы ведь знаете, что это одно из трех самых крупных мировых информационных агентств, и вряд оно будет так глупо шутить.
Я посмотрел на Государя, потом, на Братиано. Рассказывать царю в присутствии этого румына, пусть даже и сочувствующего нам, мне не хотелось. - А вы не могли бы уточнить достоверность этого сообщения по каналам вашего министерства? - спросил я его. Заинтригованный и удивленный Братиано кивнул головой, и наскоро попрощавшись, пешком, почти бегом, отправился в свою резиденцию.
Оставшись вдвоем с императором, я предложил ему продолжить наш путь. А потом, когда коляска тронулась, прочитал про себя молитву, вздохнул, и сказал, - Ваше Величество, я в курсе всего произошедшего. Скажу больше - все, что написано в этой газете - истинная правда!
Государь, успевший немного придти в себя, снова открыл рот от удивления. - Граф, голубчик, с вами все в порядке? Может быть жара и солнце вызвали у вас удар?
Я улыбнулся. - Ваше Величество, ночью я общался с одним из тех, кто привел в Проливы эту эскадру кораблей. Они вооружены лучшим в мире оружием, причем таким, о котором даже никто и не подозревает. Десант, высаженный с эскадры, взял штурмом дворец турецкого султана, а сам Абдул-Гамид оказался в плену...
Я расстегнул свой саквояж и достал оттуда пакет с фотографиями, который давеча передал мне капитан Тамбовцев, - Вот, Ваше Величество глядите, это не шутка - это ЕСТЬ!
- Господи, да что ж это происходит! - воскликнул изумленно царь, перебирая фотографии, - Граф, ради всего святого, кто они - эти чудо-богатыри, которые смогли сделать то, что не удавалось ни одному российскому монарху?
- Государь, это наши потомки... По неведомому пока промыслу Господнему, - я перекрестился, царь последовал моему примеру, - эскадра русских кораблей, отправившаяся под андреевскими флагами в поход к берегам Сирии, из XXI века попала в век XIX. Оказавшись в нашем времени, они не колеблясь ни на минуту, приняли решение помочь своим предкам в их борьбе с Османской империей. И помогли...
Государь дрожащими руками вернул мне пакет, - Граф, а почему вы ничего не сказали мне о том, что вам удалось встретиться с одним из наших потомков?
Я задумался. Надо было сказать правду Государю, и в то же время не обидеть его. - Видите ли, Ваше Величество, наши потомки знают о нас многое. Они знают то, что произойдет в самом ближайшем будущем. Поэтому им известно, что многие из вашего, Государь, ближайшего окружения, порой бывали слишком нескромны в разговорах с лицами, которые не являлись доброжелателями нашей державы. Что имело в дальнейшем крайне неблагоприятные последствия. Именно потому я и решил переговорить о том, что мне стало известно только с Вами, Ваше Императорское Величество, с глазу на глаз, лично.
