– Действуй. – Она представила его голым, привязанным к двум деревьям, оставленным на милость солнца, дождя и голода. Когда вернется, подумала она. Он слишком тупой, чтобы позволить ему жить. Она смотрела, как патруль Ягуаров эскортирует изгнанников по долине и далее в лес. Дрон воздушной разведки Парламентариев жужжал у Тетисовых холмов на востоке. Отряды в камуфляже суетливо носились в кутерьме сетей, кустов и брезента.
«Красивые птички, Кинсана, не отнимешь. Призови их, призови огонь с небес, призови космические пушки РОТЭХа, чтоб они раскололи мир, призови небеса, чтоб упали мне на голову, призови Самого Панарха, чтоб он меня уничтожил, но у меня найдется кое-что получше. Ключ к Решающему Оружию!» Она наслаждалась мелодрамой. Она вспомнила блокноты в кожаных обложках Раэля Мандельи-мл. Вспомнила стены дома д-ра Алимантандо, исписанные тайными письменами хронодинамики. Если б разобраться в них получше… Арни Тенебрия улыбнулась себе тонкой улыбкой.
«Я стану повелевать временем».
Она созвала у себя генштаб. Они полукругом сидели на корточках на грязном полу ее барака.
– Подготовьте все дивизии и секции к передислокации.
– Но, мэм, оборона… приготовления к последней битве…
Она долго и опасно смотрела на субмайора Джонатона Би. Он говорил слишком много. Надо научить его ценить тишину.
– Последняя битва состоится в другом месте.
Когда Джонни Сталин заменил всех непосредственных подчиненных роботами, эффективность возросла втрое. План оказался столь блестящим, что долгие послеобеденные часы Джонни Сталин проводил в личном массажном кабинете под пальцами Тай Мандзанеры, размышляя о блестящести этого плана. Ибо роботы не устают, не спят, не потребляют и не испражняются, и им не нужно платить. Оплата их неустанных трудов шла на поддержание делегировавших им свои обязанности работников из плоти и крови: те пребывали в постоянном отпуске, восстанавливая силы на полярных лыжных курортах, островных парадизах Тайсусского моря и темницах порока Белладонны и Резинового квартала Кершо. Пока замена оставалась незамеченной, план продолжал составлять самую суть жизни этих людей.
– Блестяще, – сказал себе Джонни Сталин, любуясь из окна во всю стену 526 этажа изуродованными пейзажами окрест Кершо. Он помнил, как испугала отравленная земля мальчика восьми с тремя четвертями лет, когда тот подъезжал к большому кубу. Теперь гудронные пруды и масляные фонтаны ему нравились. Сколько любовниц водил он на прогулку вдоль Коричневатого залива, сквозь респиратор шепча нежные слоги любви в восприимчивые уши! Прибыль, Империя, Индустрия. Что мертвое озеро, пара ядовитых рек, сколько-то зашлакованных холмов? Приоритеты – вот в чем все дело. Приоритеты и Прогресс.
Стук в дверь, «войдите», поклон – и Картер Хаузманн, точнее, робот-двойник Картера Хаузманна встал рядом.
– Открытки с Китай-Горы, со станции Св. Мод и из Джунглемира Новой Бразилии, обычные благодарности и похвалы. – Значит, последние три замещенца довольны. И пока их банковские счета будут месяц за месяцем распухать, они останутся довольными. – И еще: последние отчеты по проекту «Дорога Запустения».
Добродушное веселье оставило Джонни Сталина.
– Настал черед худшего. – Он перекатился на спину, чтобы Тай Мандзанера обработала кулачками живот. Слава Богу, пресс пока на месте. Высший менеджмент не может позволить себе ни малейшей слабости.
– Сэр, есть хорошая новость и плохая новость. Уровень производства восстановился, сопротивление индустриально-феодальным принципам по большей части искоренено. Увы, деятельность хозпродмагов Компании все еще подрывает торговля на черном рынке, а население Дороги Запустения не склонно к сотрудничеству, но Организация Конкордата после уничтожения ее управленческих эшелонов, по существу, разбежалась.
– Со мной языком Компании говорить не надо. Это хорошая новость, что насчет плохой? – Пересадка тканей мирила с язвами, но замена трех желудков и тонких кишечников за не так уж много лет стоила больше, чем весь проект «Дорога Запустения».
– По нашим сведениям Раэль Манделья-мл. планирует вернуться на Дорогу Запустения и отомстить за смерть деда. Кроме того, мы знаем, что он контактировал с Тактической Группой Армии Всея Земли в Южном Хрисе.
– Детка божья. Помни́ бедра вот здесь, солнышко. Эта их семейка. Со стариком вышло скверно, чего тут. Я его знал в детстве. Нельзя было это допускать.
– В известной степени директор по безопасности, безусловно, руководствовался реваншизмом. Но есть поговорка насчет омлета и яиц, сэр. По моей информации, Таасмин Манделья организует марш протеста, и тот должен совпасть с вашим визитом на завод в следующем месяце. Мне говорили, что детям по всему миру является сама Приснодева: два случая зарегистрированы здесь, в Кершо, оба ребенка тайком улетели на авиатранспортах.
– Черт. Твои рекомендации?
– Я бы не советовал вам посещать проект «Дорога Запустения» в запланированное время.
– Согласен. К сожалению, со мной поедут три члена совета директоров, чтобы убедиться, что я подавил инакомыслие как следует, а их расписание забито.
