Дорогая Памела полностью

Сол напряженно смотрит на нее, приготовился к побегу.

Чудо!.. Я не наслаждалась таким ароматом уже много-много лет. С тех пор, как погиб мой муж. Только он мне делал такие дорогие подарки. О, какая прелесть! Это надо отпраздновать… У меня где-то была припрятана наливка. Замечательная домашняя наливка. (Уходит в глубину сцены, роется там.)

Сол (вытирая пот). Фу! Я думал, сейчас все сорвется… Но с ее обонянием ей можно было подсунуть и нашатырный спирт.

Глория. Помолчите, Сол! Я отдала ей свои собственные духи.

Сол. Это благородно, деточка. Ты жертвуешь ради дела!

Глория. А ты за это воруешь у меня деньги! (Размахивает купюрой.) Я уже давно заметила, что кто-то залезает в мою сумку. Эту десятку я пометила… (Надвигается на Сола.)

Сол. Клянусь, я тут не причем. Я стащил ее из пальто Брэда. Это он тебя грабил.

Глория. Подонки! Мерзавцы! С кем я связалась?!

Памела(роясь в глубине сцены). Опять воркуете?

Сол (шепотом). Кончай базлать!.. Если кто-то и спер десятку, то она вернулась на место целой и невредимой. Лишнее доказательство разумности природы!..

Памела(возвращается с бутылкой в руках). Посмотрите-ка, что здесь написано?

Глория. «Крысиный яд».

Памела. Да. Это она. Настоящая наливка из вишневых косточек. По рецепту моей бабушки. Сейчас я всем налью.

Сол (опасливо поглядывая на бутылку). Может быть, не стоит?

Памела. Нет. Все должны выпить… (Кричит за кулисы.) Я сказала – все!

Появляется Человек театра с пьесой и рюмкой в руках. Памела наливает и ему.

Друзья мои, я хочу произнести тост. Я была долгое время лишена такой возможности, хотя, скажу честно, изредка и прикладывалась к этой бутылочке! Но вино, которое пьешь в одиночку, – горькое вино. Недаром я храню его в такой посудине. А сегодня в этом доме праздник. У меня появились друзья… добрые хорошие люди, и я счастлива! И пусть Бог поможет осуществиться вашим надеждам и вознаградит вас за все!

Сол и Глория поперхнулись. Памела и Человек театра выпили с видимым удовольствием.

Прошло несколько дней. То же самое помещение. Человек театра читает ремарку, проверяя, все ли соответствует ей на сцене.

Человек театра. «Прошло несколько дней. Тот же заброшенный дом в районе трущоб. Подвальное помещение. Сейчас здесь никого нет, только кот Тэннер спит в углу. (Убеждается, что кот на месте.) Резко распахивается дверь, быстро вбегает мужчина средних лет с саквоя…»

На этих словах в дверь врывается мужчина с саквояжем, его движения порывисты, на лице – кислая гримаса, которая бывает у людей, у которых постоянно не хватает времени и здоровья. Это Врач.

Врач. Привет! Где пациентка?

Человек театра. Подождите. Я не дочитал ремарку… (В зал.) «…Вбегает мужчина средних лет с саквояжем…»

Врач. Ну, я уже вбежал!

Человек театра. Подождите! (В зал, читая ремарку.) «Его движения порывисты, на лице – кислая гримаса, которая бывает у людей, у которых постоянно не хватает времени и здоровья…»

Врач. Нельзя ли поскорей? У меня на самом деле нет времени… (Застонал, схватившись за шею.) И радикулит!

Человек театра. Это – врач.

Врач. Да. Я врач страхового агентства. Мне сообщили, что некая миссис (заглянул в блокнот) Памела Кронки хочет получить у нас страховку. Я должен ее осмотреть.

Человек театра. Сейчас позову. (В зал.) Дело в том, что за границей получить страховку не так-то просто. Не то что у нас! Там все сложно. Масса формальностей. Бюрократия.

Врач(взглянув на часы). Где пациентка?

Человек театра. Я хочу объяснить публике, для чего нужен осмотр врача, прежде чем кто-то может застраховаться от несчастного случая…

Врач. Ну что ж тут непонятного? Ведь миссис Кронки хочет получить за себя 50 тысяч. Такие деньги дают за гибель только очень здорового человека…

Человек театра(доволен ответом). Вот оно – истинное лицо Запада. Вот она, цена человеческой жизни…

Врач. Между прочим, не так мало. Меня оценили всего в 15… (Застонал, схватился за шею.) Проклятый радикулит! Где пациентка?