Нет, будь это в других обстоятельствах... Что скрывать - Фариса потрясающе красивая девушка, и, случись все по-иному, он не преминул бы сам затащить её в постель и сделать все, чтобы они оба получили удовольствие. Да, в других обстоятельствах: повстречайся Фариса ему хотя бы пару месяцев назад - до Эли, не будь она столь молода и столь похожа на тень из прошлого - впрочем, последнее его могло и не остановить... Теперь же... Принуждение превратило обычно приятное занятие в нечто иное, а поневоле полученное телесное удовлетворение казалось каким-то стыдным и неправильным, особенно при мысли об Эли, о том, что ей может быть больно... Если, конечно, испытываемые ею чувства хоть немного похожи на те, что он ощущает по отношению к ней...
Хорошо ещё, что пленители прислушались к его словам и согласились на то, что девушки должны занимать место в его постели по одной! По крайней мере, у него есть время попробовать найти выход - хотя бы для Эли...
Воспоминания о прошедшей ночи заставили его снова подумать о том, не совершил ли он ошибки. Вот только... Когда Фариса сказала ему, что ей нет ещё и пятнадцати, он просто потерял дар речи. Хотя и среди аристократов ранние браки были правилом, большинство родителей и опекунов всё же старались дождаться хотя бы шестнадцатилетия девушек! Да, в деревнях, насколько он знал, и в четырнадцать замуж отдавали, но самому ему ни разу не приходилось делить постель с настолько юной особой, да и мыслей-то таких не было! И вообще он старался иметь дело исключительно с опытными и охочими до любовных утех девицами...
Проклятье, лучше бы эта девчонка оказалась такой, какой предстала в том шатре - свободной, соблазнительной и раскованной! А вместо этого... Напуганная, дрожащая, пытающаяся прикрыться волосами, прячущая взгляд... и твердо решившая идти до конца и исполнить то, что считала своим долгом. Так что первоначальный план - по-быстрому сделать свое дело и прогнать её - просто рухнул. Уж кем-кем, а насильником он становиться не собирался... И от того, что Фариса выходила из его шатра с улыбкой, Рен испытывал какое-то горькое удовлетворение пополам с пониманием, что он только усугубил ситуацию...
Тряхнув головой, он потянулся к вину, и тут же охнул - брачный браслет на запястье обжег его льдом. Вскинувшись, Рен резко подобрался, оглядел пустой шатёр и сощуренными глазами принялся рассматривать кувшин с вином. Случайность или нет? Последний раз браслет отреагировал за столом, тогда ему показалось, что это ответ на ревность Эли... а если нет? Они ведь так и не знают всех свойств этих странных артефактов! Ведь именно вскоре после этого он осознал, что утратил контроль над Силой... А что, если браслеты частично являются защитными артефактами? Рен нахмурился, вспоминая и в задумчивости потирая руку - кожу на запястье по-прежнему слегка жгло. Сигнальные чары на попытку контроля разума? А почему бы и нет, учитывая, что Васир - маг Крови?
Снова взяв кувшин в руку, Рен покрутил его и налил вино в кубок. К его удивлению, браслет на это никак не откликнулся, словно понимая, что хозяин и не собирается пить. Вино не отличалось от обычного ни по виду, ни по запаху - обычное красное вино, разве что слишком хорошее для кочевников... А вот чуть более обычного терпкий вкус, которому Рен вчера не придал значения, вполне может объясняться необычными добавками...
Рен почувствовал неожиданное облегчение. Судя по всему, причиной утраты связи с Даром явилось какое-то зелье, которому придали мощь с помощью магии Крови. А это значит, рано или поздно оно перестанет действовать... если, конечно, он не сглупит ещё раз! Знать бы ещё, что это за зелье... Надежно связь с магией блокировал лишь керлит, но кое-какие травы и грибы имели похожий, пусть и очень кратковременный эффект...
Пересохшее горло саднило, но на столе не было ничего, кроме этого кувшина - кто-то явно позаботился об этом! Хотя... Рен недобро усмехнулся: большую миску с водой ему принесли явно для умывания, но кто сказал, что он не может использовать эту воду по другому назначению? Утолив жажду и умывшись, он откинул край ковра и осторожно вылил вино из кувшина прямо на землю.
Снова поставив кувшин на стол, Рен задумчиво оглядел шатёр. Больше всего его пугала неизвестность: как там Эли, что с ней? Сможет ли она сдержаться, затаиться на время, и самое главное - не выдать себя? Если бы им только позволили поговорить! Но надеяться на это попросту глупо, а значит, нужно что-то придумать, но что? Вряд ли хоть кто-то согласится передать ей записку от него...
Блуждающий взгляд остановился на переметных сумах - видимо, их вчера вечером принесли в шатёр. Дернув щекой, он подошел к ним, открыл и проверил - всё было на месте, похоже, кочевники их даже не раскрывали. А что, если? Сощурив глаза, он быстрыми движениями распотрошил их, перекладывая вещи, а затем отошел к столу, прихватив с собой кое-что...