— Не стоит судить всех по себе, — ответила Бенита, сдержав желание скрестить руки на груди.
— Хочешь сказать, вы собрались обсуждать дела в половине двенадцатого ночи?
— Это тебя не касается.
Нур сощурил глаза.
— Нечего вынюхивать наши секреты.
— А не то что? Вызовешь меня на дуэль?
Лейтенант скрипнул зубами, но промолчал. Что и ожидалось. Только самоубийца стал бы вызывать на дуэль хаврийца. Бенита выросла в стране, где дуэльный кодекс маги знали лучше молитвы, и со школьной скамьи участвовала в магических дуэлях.
Но откуда такая неприязнь? И главное, к ней лично — или к хаврийцам в целом? Бенита подозревала последнее, и это удивляло еще больше. В последние годы отношения между странами наладились, ходили слухи о политическом браке между наследником Анвенты и племянницей короля Хаврии. Странно, что к гостье-хаврийке отнеслись подобным образом.
— Не думай, что на тебя не найдется управы! — с угрозой начал Нур, но запугать не получилось.
Дверь все-таки открылась, и Квон, сонный и взлохмаченный, появился на пороге.
— Прости, я задремал и не услышал стука, — извинился он перед Бенитой, затем посмотрел на ее собеседника. Тяжелый взгляд пригвоздил того к полу.
Неизвестно, как много Квон слышал из разговора, но лейтенант предпочел проглотить концовку угрозы.
— Лерок, ты переходишь границы. Еще один выпад в сторону моей напарницы, и я приму меры, — кратко и не меняя интонации, предупредил детектив.
— Ты угрожаешь мне из-за хаврийской суч…
Концовку лейтенант договорить не смог, прибитый к стене. Квон держал руку так, что касался его шеи. Жест казался почти безобидным, не будь детектив менталистом, способным в этот момент вывернуть из мужчины все потаенные страхи. По виску лейтенанта скатилась капля пота.
— Ты меня понял? — все тем же спокойным тоном произнес Квон. Кажется, запас терпения менталиста подходил к концу, а может, сказалась близость Пустоши, но сдерживать себя он перестал.
Нур кивнул, и тогда детектив его отпустил.
Поймав полный ненависти взгляд, Бенита поняла, что унижения у нее на глазах Нур точно не простит — ни ей, ни Квону. Заводить врагов в Анвенте было последним, чего хотелось Бените. Но кажется, она успешно перевыполнила план.
Обиднее всего, что ключ-руну от служебного паромобиля, из-за которой начался весь сыр-бор, Квон забирать не стал. Добираться до управления было быстрее и удобнее, чем до загородного дома, где сейчас отдыхала Эрика, и напарник настоял, чтобы Бенита ехала на машине. А чтобы не потерялась, создал ей магического проводника, и теперь в воздухе рядом с девушкой висел наколдованный компас, северной стрелкой указывающий направление к загородному дому.
Компас с утра стал поводом для шуток; особенно коллегам понравилась идея, что таким образом Бенита решила выбрать себе кавалера. Несколько молодых ребят присоединились к пробежке, стараясь бежать «под стрелку». Они явно собирались продемонстрировать силу и выносливость, но сдулись через полчаса после начала тренировки. Бенита с трудом сдержалась, чтобы издевательски не расхохотаться, когда последний хвастун сошел с дистанции.
— А ты жестокая, парни едва на ногах держатся, — заметил Квон, спустившись к тренировочной площадке. Все-таки Бенита верно подметила — обычная одежда шла ему гораздо больше строгой формы, и девушка не отказала себе в удовольствии полюбоваться напарником. Вчерашняя слабость прошла, и выглядел он значительнее бодрее.
— Спорим, после этой тренировки ставка «поймать меня» станет еще больше? — предположила Бенита.
— Тебя это веселит?
— А что удивительного? Я-то точно знаю, что они не выиграют. — Бенита спокойно пожала плечами и добавила, повернув пальцем компас в его сторону: — Главное, чтобы желающих больше не стало. От этих бы отбиться.
— Смотря как высоко поднимутся ставки, — философски заметил Квон.
Продолжению разговора помешал прожужжавший над головами вестник. Конверт упал в руки Бените, и она с удивлением отметила герб семьи на печати. Кажется, вчера своим отказом она разозлила отца сильнее, чем думала, раз он прислал вестника, а не явился сам.
— Не буду мешать. — Квон не стал дожидаться, пока она вскроет письмо. — Увидимся за завтраком или уже днем. — Он махнул рукой, беря легкий темп, и напарники в прямом смысле слов разбежались в разные стороны.
В письме сухим деловым тоном виконт Дениш приглашал ее в выходные на обед. Вот тебе и уютные семейные посиделки! Проигнорировать такое приглашение Бенита не могла, даже если хотела бы.
«Что ж, зато сегодня у меня будет возможность поучиться притворной улыбке у баронессы», — подумала девушка. Торжественные мероприятия она не любила, хотя матушка старательно обучила ее великосветским манерам. Но одно дело вежливо разговаривать с посторонними, в душе изнывая от скуки, и совсем другое — выслушивать нотации от отца. Где-то глубоко в детских воспоминаниях хранились моменты, когда он отчитывал ее за неподобающее поведение, и вспоминать это чувство неловкости Бенита не жаждала.
