– Да ну, – самоуверенно заявила Ксена, – я вот точно знаю, что на меня никакое давление не подействует. Вот на тебя... извини, Иль... но ты сама знаешь, что человек ты поддающийся влиянию. Сейчас вот в эту твою школу ходишь. Религиозный ты человек. Конечно, тебе и сагона-то не надо. Тебя любой дурак пальчиком поманит, ты и побежишь. А мне это все глубоко пофиг.
Ксена встала, открыла шкафчик и начала в нем рыться.
– Вот видишь, конфетки? Мне сестра привезла из Нельса, знаешь, какие вкусные? Попробуй. Это импорт с Артикса.
Ильгет взяла конфету. Да, вкусные... Артикс напоминают. Лучшее время жизни... жаль только, что понимаешь это лишь гораздо позже.
– Очень вкусно, – сказала она.
– Это сагоны могут с толку сбить человека... у которого и так мозги немного сдвинуты. Ну, допустим, религиозный он. Или сильно интеллигентный, талантливый, у таких всегда в голове тАйреканы какие-нибудь. Вот сагон за них и цепляется. А на нормального человека... Да появись здесь этот сагон, я бы ему сказала – тьфу... иди ты знаешь куда?
Ильгет вздохнула.
– Хорошо, Ксена, если бы это было так. Только все иначе на самом деле. И как раз люди, как ты говоришь, нормальные, легче и проще попадают под влияние. Тут дело не во внушаемости. Внушаемость вообще роли не играет. Тут другое совсем.
– Да ну, Иль, глупости ты говоришь. С чего это я, допустим, могу попасть под чье-то влияние... Я человек самостоятельный, никогда никого не слушала особо, живу своим умом.
Ильгет допила свой чай, опустила кружку на блюдечко. Взглянула на Ксену.
– Сагоны к каждому ключик подбирают, не сомневайся. Ко мне... если бы ко мне сагон подошел, он бы начал давить, верно, на мои религиозные убеждения, доказывать мне что-то, внушать. А тебе... на тебя по-другому бы воздействовал. Понимаешь, у тебя, как и у любого человека, есть какие-то желания. Мотивации. Вот они в основном и действуют через мотивации. Один, например, мечтает стать богатым... другой хотел бы кучу женщин иметь, третий извращенец какой-нибудь, скажем, садист по натуре. И тебе наверняка чего-нибудь такого хочется, ну пусть даже самого простого. И вот они тебе это простое дадут. Тебе не обязательно превращаться в фанатика. Ты будешь служить им просто ради удовлетворения своих желаний. Ведь и сопротивляться начнет лишь тот человек, который видит смысл в сопротивлении. А тебе – зачем сопротивляться? Ты веришь себе, в себя – ну так они этой вере не противоречат. Они тебе дадут возможность делать для себя то, чего хочется. Так ведь и было... отсюда и бум этот экономический, сагонам это несложно устроить.
– Хм... так чего тогда в них плохого? Если они каждому человеку обеспечивают то, чего он сам хочет?
– Во-первых, желания разные бывают. Бывают садисты, например, педофилы разные – а они и такую возможность предоставляют. Только согласись им служить. Причем ведь это не так будет, что они к тебе придут и заставят что-то там подписывать в обмен на исполнение желаний. Так бы ты не клюнула. А просто само собой все произойдет, естественно. Найдешь хорошую работу... компанию подходящую. А во-вторых, Ксена, ненадолго это исполнение желаний. Потом они переходят к третьей фазе, в смысле, когда у них уже силы на планете есть, армия и все такое... Тогда им уже плевать на твои желания, они тебя загонят в лагерь, а потом уничтожат.
Ильгет помолчала.
– И знаешь, Ксена... такие люди, как ты говоришь – религиозные или просто интеллигентные, думающие – у них как раз шансов-то больше. Потому что они не поведутся на всякую ерунду. Они каждый раз пытаются думать – а нужно ли мне это действительно, а одобрит ли это моя религия... Это сагонам сильно мешает. С такими людьми... их или уничтожать приходится, или поодиночке беседовать. Ими не очень-то поуправляешь в массе.
– Ну ладно, ладно, – буркнула Ксена, – где уж нам, дуракам...
– Ну что ты, не обижайся. Просто я об этом читала, и там вот так пишут. Почему, думаешь, квиринцы в основном устойчивее к сагонскому воздействию? Да как раз потому, что они там все вот такие... интеллигенты, как ты выражаешься. Их с детства учат все осмыслять, думать.
– Ну и ты тоже решила своих так воспитывать, – заметила Ксена. Ильгет подумала, что переборщила... похоже, обиделся человек. Но ведь изначально Ксена явно собиралась обидеть саму Ильгет.
– Да нет, это случайно вышло, с детьми. Просто жили там поблизости от квиринской школы, а что – образование неплохое дают. Ну вот и решили туда их отдать. Слушай, – Ильгет поднялась, – ты извини, Ксен... мне уже пора, хорошо? У меня встреча назначена в 4 часа.
– Работу, что ли ищешь...
– Вроде того.
Ильгет вернулась к себе в квартиру. Ритика запрыгнула на диван и стала выгрызать из лап еще не стаявший снег. Надо бы согнать... Ильгет только подумала об этом и заглянула в комнату Эльма.
Мальчик по обыкновению сидел за монитором. Обычным, ярнийским, не слишком полезным для глаз.
– Эльм? Программу сделал?
Мальчик повернулся к ней, блеснули серые глаза.
– Мам, я сделаю... я сейчас быстренько доиграю, и...
