Уход шкуровцев и Слащева с нашего участка (первые на Кавказ, второй — в Крым) дали возможность штарму (махновской) распространяться в восточном направлении. Части 1-го и 2-го корпусов группировались в районе Александровска, когда 14-я Красная Армия соприкоснулась с нашим северным участком.
27-го декабря красные части заняли Миллерово, Луганск, Славянск, Золотоношу и Полтаву[791]. В этой связи газета «Коммунист»писала:
«Полтава, 27/ХII. Губревком конфисковал первый номер газеты анархистов-повстанцев за погромное направление и призывы к борьбе с коммунистами.
Закрыта также газета максималистов»[792].
А в оперативном донесении штаба 14-й армии от 30 декабря 1919 г. говорилось:
«...Харьковский район. Латышская дивизия — без перемен, борьба с партизанами. 45-я дивизия — обезоружен отряд Дьявола, он же Махеев, главари арестованы, захвачен нарочный [с] шифрованным письмом к Махно. Мелким бандам приказано явиться и сдать оружие. Результаты пока незначительные — явилось только несколько десятков человек. Командир 1-го Новомосковского партизанского полка дал обещание собрать партизан 1-го и 2-го Новомосковских полков в ряды Красной Армии. Чернятинский полк отказался влиться в дивизию; по непроверенным сведениям, он разоружен.
Разослана подобная инструкция всем политработникам по вопросу об отношении [к] Махно и махновщине. Реввоенсовет армии приказал вести самую жестокую и беспощадную борьбу против бесчинствующих банд»[793].
Судя по этой сводке красные войска уже были заняты борьбой с повстанцами-махновцами, которые своей борьбой с белыми обеспечили беспрепятственное продвижение красных на юг. Украинская деревня встретила эти войска хлебом-солью. Но командованию, например, 45-й дивизии (комдив И. Якир) нужны были боевые победы, и они их фабриковали.
Итак несколько подробней об отряде Дьявола, упомянутом выше оперативном донесении, словами самих командиров 45-й дивизии.
«Декабрь 1919 г.
Красная Армия лавиной катится за Деникиным. Продвигаемся к Полтаве. Юг! Юг!
Январь для нас, северян, кажется весной. Война “подводная”.
Деникин быстро удирает. Вся армия катится на подводах. Наша бригада тоже.
Пестрые картины. Вот 397 полк ведет верблюдов.
— Что это вы ведете?
— Коммуну ведем.
Красноармейцы пугают крестьян “коммуной”, но никто уже не боится коммуны. Нагляделись белогвардейских ужасов. Наш батальон китайцев вызывает любопытство, страха нет.
В каждой деревне митинги. Коммунисты говорят о крестьянине-середняке: “Не сметь командовать крестьянами”. Крестьяне довольны, не знают, как лучше встретить, чем угостить.
— Ходя, ходя, иды до мэнэ, погрийся, — радушно встречают красноармейцев-китайцев крестьяне.
У хлопцев после Питерского порциона из пары вобл аппетит небывалый. Желудки не выдерживают напора вареников, сала, колбас и прочей украинской снеди.
...На завтра готовится бой. Крестьяне-подводчики сообщили, что в хуторах казаки, пулеметы, артиллерия, громадные обозы награбленного у крестьян добра. В округе повстанцы-партизаны кишмя кишат. “Кадетам”спать не дают.
Там — “Лихо”, — здесь “Шило”, а невдалеке от Дмухайловки засел “Дьявол”.
Еду к “Дьяволу”для установления связи. Скоро ночь. Подъезжаю к деревне... “Стой”. Выскочили вооруженные люди из-за хат. Темно, ничего не видно.
Повели в хату, оттуда в штаб. “Дьявол” — анархобандит-махновец.
Беседуем.
— У вас свободы нет, к вам не пойду, — говорит атаман.
Парень молодой, но и “прожженный”. Одет в генеральскую шинель на красной подкладке, сбоку кавалергардская, блестящая сабля, с красным тямляком, на голове смушковая серая шапка набекрень.
— У вас, — говорит, — дисциплина, куете новые цепи рабочему классу»[794].
Более подробно этот эпизод описал комбриг 1 45-й дивизии.
«24-1-20 г. бригада вступила в район Дмухайловские хутора — Варваровка – Вузовка (сев. Екатеринослава).
В районе Дмухайловских хуторов слышна редкая ружейная стрельба. Выезжаем к авангарду бригады, где нам представляется следующая картина. В бинокль хорошо видна жиденькая цепь отступающих и отстреливающихся пехотинцев, на которых наседают кавалерийские части. Через некоторое время батальон 398 полка пропускает себе в тыл отступающую цепь и, построившись в каре, принимает на себя большой кавалерийский отряд из чеченцев и мобилизованных, входивших в состав слащевской группы...
После двухдневных боев с частями бригады отряд слащевцев разбит и окончательно рассеян...
Отступавшая пехотная цепочка — части 1-го и 2-го Новомосковского, партизанских полков, которыми командовал “Дьявол”(такова была кличка его) — представитель армии Махно в Новомосковском районе. Партизанами этих полков была молодежь, преимущественно Новомосковского уезда и ближайших сел.
Мы плохо знали о действиях махновских частей в тылу деникинской армии, точное расположение их нам было неизвестно. По тем слухам, которые до нас дошли, деникинцы вывели совершенно из строя эту армию. Во всяком случае, встреча с махновцами в этом месте была для нас полной неожиданностью.
