Бригада подоспела вовремя. Пребывание в деникинском тылу в течение длительного времени, беспрерывные бои с белыми совершенно обессилили партизан. Боевые припасы и прочее снаряжение истощились. Бой под Дмухайловскими хуторами — опоздай мы с приходом — мог быть для партизан, а вместе с ними и для населения этих районов, роковым...
Отсюда понятна та неописуемая благодарность как самих партизан, так и населения к тем, кто принес им спасение и избавление от белых.
Части дивизии за время пребывания на севере прошли основательную школу. Южный переход создал закаленные кадры бойцов, которые воспитывали влившееся в дивизию пополнение...
Несколько дней, проведенных в районе Дмухайловских хуторов, были буквально триумфом для наших частей.
Перед нами встал вопрос, как быть с партизанами? Указаний на этот счет не было никаких. Надо было решать вопрос самим, и мы назначили встречу с командиром партизан “Дьяволом”.
Средних лет, с необыкновенно энергичным лицом, красивый, высокий, уже с проседью, брюнет, “Дьявол”, по его словам был рабочим тульских заводов. По политическим убеждениям принадлежал к федерации анархистов-коммунистов, отбыл несколько лет на каторге. Политически довольно развит, пользовался большим влиянием в отряде. Население оказывало ему поддержку. В разговоре мы касались политического положения страны, политики Советской власти. Моя агитация сводилась к необходимости единого выступления всех трудящихся под руководством коммунистической партии для окончательной победы над контрреволюцией. Предлагаю ему вместе с частями влиться в состав дивизии. Разговор продолжался всю ночь. “Дьявола”убедить не удалось. Он до мозга костей анархист и не мыслит себя в рядах организованной части. Все же семя сомнения было брошено. Мы решили на утро созвать митинг партизан для того, чтобы решить вопрос о вступлении их в ряды Красной Армии.
“Дьявол”обещает нейтралитет.
Помню это собрание в школе. Четыре часа мы митинговали с партизанами. Митингу предшествовала длительная индивидуальная обработка, ее вели не только среди партизан, но и их родных. Каждая хата, где были расположены красноармейцы, представляла собой агитпункт, и работа велась там до глубокой ночи. Правда, наша задача была не столько в том, чтобы убедить партизан влиться в ряды Красной Армии, сколько в том, чтобы разъяснить крестьянам политику Советской власти.
Благодаря поведению белых, крестьянство видело в махновцах своих защитников. Оно укрывало махновцев, всячески помогало им, жестоко расплачиваясь за это. Кроме махновцев, в этих районах оперировали немногочисленные петлюровские части. Но они были близки крестьянству лишь постольку, поскольку объявляли себя врагами Деникина: идеологически же они были чужды крестьянству.
Ни идея независимости Гуляйпольской Республики, ни самостийная Украина не были понятны трудящемуся крестьянству, а следовательно и неприемлемы, и все же к Советской власти оно относилось, если можно так выразиться, испытующе. В памяти были реквизиции, головотяпство и своеволие местной власти, дезорганизованные отходившие под давлением белых, красноармейские части, также не оставившие особо лестных воспоминаний.
Крестьянство присматривалось к нашим частям, в которых видело представителей Советской власти, носителей ее идеалов...
Бригада уходила, вливши в свои ряды партизан Новомосковского района. Сам командир “Дьявол”благословил партизан на вступление в Красную Армию, и, получив пропуск, тепло попрощавшись с нами, покинул район бригады.
Далеко уйти ему, однако, не удалось. Командир 3-й бригады нашей дивизии тов. Голубенко взял под сомнение целесообразность моего поступка. Он отправил “Дьявола”в штаб дивизии.
Остальное на совести тов. Якира. Видели бы мы “Дьявола”еще в рядах Махно или нет, — эта возможность не исключалась, но “Дьявол”был расстрелян»[795]
Да и могли ли большевики иначе?
В речи Троцкого к агитаторам-большевикам на Украине говорилось:
«Товарищи! То, о чем мы здесь — в России — говорим совершенно открыто, в Украине можно шептать лишь на ушко, а то лучше и совсем не говорить. Умение молчать есть тоже одна из фигур красноречия. Вы, товарищи, отправляетесь на Украину. Помните же, что нет труднее работы агитаторской, как на Украине...
Готовясь ныне к третьему походу на Украину, Совет Народных Комиссаров по примеру прежних лет, в авангарде посылает Вас, товарищи-агитаторы. Совет Народных Комиссаров крепко надеется, что и Вы “не посрамите”земли русской.
