«Мы должны сказать ясно: подчиняемся Совету или нет?! Если да, тогда надо исполнять его распоряжения. Нет, значит он лишний в нашем повстанческом организме, и, естественно, его надо распустить. Кто скажет, что он лишний, я ему отвечу, что такие слова могут быть на устах махрового белогвардейца. Совет — это организация, объединяющая вокруг себя революционное повстанчество и состоящая из представителей анархических организаций, повстанческих частей и самостоятельных партизанских отрядов. Совет — это голова повстанческого великана, обеими ногами стоящего на Украине и Дону. Очевидно, что вокруг Совета группируются не только революционные элементы, а и контрреволюционные, кулацкие и люмпен-пролетариат. Присасывающиеся к нему представители различных классов и народных групп ставят в угол внимания свои политические и экономические выгоды. И, если они Советом будут руководить, то тогда мы не сможем являться выразителем народной анархической воли, тогда мы вообще ни к черту не годны, нас надо заменить. Если же положительные качества работы Совета налицо, и если он до сих пор является анархической активной группой, ведя пока борьбу за независимость армии, ибо только в этом залог победы, тогда надо ему доверять. Выкрики в его адрес, что Совет стал Советским и его надо распустить, есть глупое заблуждение, или явная контрреволюция. Если вы ему доверяете, то будьте любезны и подчинитесь, а ослушаетесь, он найдет достаточную силу, чтобы подчинить ослушников дисциплине!»
Горячие головы, в интересах которых продолжение с Соввластью войны было выгодно, после моего выступления, охладели. Они увидели, что Совет не намерен сентиментальничать и тут же подчинились и подписали проект договора. По моему настоянию, выделенная из состава Совета дипломатическая комиссия в составе Буданова, Хохотвы и Клейна была утверждена собранием. Комиссия не замедлила выехать в Харьков для подписания договора. Мы оставались в Старобельске и приводили себя в «божеский вид», подлечивали раны, ремонтировали и чистили оружие, обсуждали наметившееся соглашение.
Тогда же 29-го сентября 1920 г. заседало политбюро ЦК КП(б)У, где в протокол записали: «Слушали: 2. О переговорах с Махно. Постановили: а). Поручить Оргбюро совместно с Реввоенсоветом Юго-Западного фронта Манцевым и Закордотом (Закордонный отдел ЦК КП(б)У) наметить представителя при Махно. б). Дать подпольной организации директивы оказывать содействие Махно, обращая главное внимание на усиление в его отрядах дисциплины, революционной спайки. в). Наши отряды, не вливаясь в отряды Махно, входят по мере надобности в оперативный контакт. г). Сформулировать директивы поручить т. Косиору. д). Соглашение не оглашать, ограничиваясь сообщением после перехода Махно в тыл Врангеля. е). Против освобождения анархистов не возражать, что поручить т. Манцеву.
Секретарь ЦК С. Косиор»[936].
И в то же время В. Ленин, обеспокоенный переносом срока наступления на Врангеля, телеграфировал Л. Троцкому: «Прилагаю при сем информацию т. Склянского.
Выходит, что наступление на Крым отложено до 27/Х !!!
Есть ли об этом решение РВСР???
Главком мне хвастал, что 10 (или 8) октября у него все будет готово для наступления. Значит, наврал?
Когда решили дать туда Буденного? Ведь без него обещали втрое большие силы.
Наконец, если уж менять старый план, то недостаточно ли дать 1 дивизию?
Выходит, что все расчеты Главкома ни к черту не годны и еженедельно меняются точно у невежды! Крайне опасные шатания! Ленин»[937].
И тогда же Совет Революционных Повстанцев Украины (махновцев) писал в своем обращении к повстанцам:
«Всем отдельным отрядам и группам революционных повстанцев, действующих на Украине.
Товарищи повстанцы!
Тяжелый час настал на родной Украине. Обратно на измученную родину надвигаются грозные тучи. С запада идет ненавистный каждому украинцу исторический враг — польская шляхта. С юга неудержимо врезается все глубже и глубже в сердце Украины душитель народа немецкий барон Врангель. Зарвавшиеся было коммунисты и комиссары получили снова хороший урок. Пришлось им признать, что без украинского народа и вольного повстанчества они что-нибудь сделать бессильны. С другой стороны, Совет Революционной Повстанческой Армии Украины (махновцев) пришел к заключению, что, оставаясь в настоящее время безучастным зрителем, украинские повстанцы помогли бы воцарению на Украине либо исторического врага — польского пана, либо опять царской власти, возглавляемой германским бароном. Как одно, так и другое — смерти подобно для селянства Украины. Учитывая вышесказанное, Совет Революционной Повстанческой Армии Украины (махновцев) принял решение, временно, до разгрома наседающих внешних врагов и панских наймитов идти в союзе и рука об руку с Советской Красной Армией. Для исполнения этого постановления Совет Революционных Повстанцев Украины (махновцев) предлагает всем без исключения отдельным группам и отрядам (повстанцев), действующих на Украине:
