В начале июля 1921 г. в районе Контрадского уезда Полтавской губернии Махно на одном из собраний комсостава выступил с речью, уговаривая командиров уйти за границу, доказывая им сложность ситуации в связи с засухой, красным террором и сложностью борьбы с многочисленной большевистской армией и ее политически безграмотными бойцами. Таким образом, Махно заявил о своем плане, дал время командирам обдумать и принять решение.
Внутри Совета все время шли оживленные споры, захватывая и комсостав. Одна часть Совета, во главе со мной, держала ориентацию на новый союз с Соввластью и, на определенных условиях, выступление в Турцию на подмогу Кремлю, другая, во главе с Махно, ориентировалась на Галицию. Заключи Совправительство союз, махновщина бы вышла в Турцию или Галицию, как союзница пролетариата. Но Совправительство не откликалось на многочисленные телеграфные вызовы. Наоборот, к повстанцам и заподозренным в сочувствии и симпатии к ним крестьянам применялись бессмысленные жестокости, предписанные властью требования войсками и службами выполнялись неукоснительно. Ставка на заграницу особенно процветала с того момента, когда Совету стал очевиден отход от махновщины середняка. С этого времени взаимная жестокость и военные трюки были вынуждены обстоятельствами: махновщина самозащищалась и, собирая силы, отправляла своих агентов, вручая им мандаты с полномочиями, типа такого:
«Штаб Революционно Повстанческой Армии Украины (махновцев) № ... МАНДАТ
Предъявитель сего тов. Савченко действительно уполномочен штабом РПА Украины (махновцев) организовывать и формировать отряды Махно в районе Гришине, Чаплине, Святодуховка. На обязанности тов. Савченко лежит: 1) Ускорить формирование отрядов. 2) Разрушать линию жел. дороги, телефоны, телеграфы и сети. 3) Уничтожать все советские письменные документы в учреждениях, способствующих закреплению Советской власти. 4) Разгонять и в корне уничтожать милицию, ЧК, продотряды и другие властнические и насильствующие советские организации. 5) Разгонять и в корне пресекать дела и всячески мешать организовывать комнезаможей и комсомолов. 6) Расстреливать всех сознательных и ответственных сов. работников, стоящих и действующих на вооруженной борьбе с революционной махновщиной...»[1164]
«Я прав, — говорил Махно. — Если бы весной армию вывели из Украины в Галицию, мы бы имели успех. Галиция бунтует за свою независимость, а большевики бессильны ей помочь из боязни интервенции. Нам надо идти туда. На Украине мы теряем почву; наши союзники — селяне перестали нас поддерживать. И вот результат: они покидают армию и являются с повинной или, стремясь уйти от преследования, разъезжаются по всему свету. Мы должны во что бы то ни стало сохранить армию, объединить наши силы и прорваться за границу, где успех за нами очевиден»[1165].
Но Махно недооценивал действия амнистии, нэпа, голода. Господствующая идея — уход за границу на помощь Кемалю или галицийскому национальному движению — уступала свое место новой идее. Оставшиеся в армии кадровые командиры (до 1 200 человек) мечтали о другом, более близком. Видя, с одной стороны, неминуемую гибель махновщины, как цельного политического организма, а с другой, надежду на амнистию, они говорили, что надо навсегда сложить оружие. Эта идея становилась господствующей.
Между тем, красные войска отовсюду подходили, и штарм оставил Полтавщину и район с. Знаменовки, что восточнее Новомосковска. Он решил идти в Бердянский район, надеясь как-нибудь связаться с Совправительством на предмет выхода за границу.
Продвигаясь Павлоградским уездом, штарм встречает местные отряды комнезаможных, в состав которых входили бывшие махновцы, явившиеся по амнистии. Они были «помилованы»Соввластью и теперь, организованные в маневрирующие единицы, искупали свои «грехи кровью». Они стремились нагонять повстанцев на красные полевые части. Однако решающего значения не имели. Страх перед смертью (махновцы с ними расправлялись как с предателями) заставлял их останавливаться и принимать тактику обороняющегося.
9-го июля повстанцы у ст. Зайцево, разбив роту 262-го полка, перешли желдорогу Синельниково – Павлоград и через Раздоры – Просяную 10 июля достигли Большой Михайловки, где расположились на отдых.
Утром Штарм повстанческой вышел на юг в направлении Цареконстантиновки и, не доходя до нее верст 20, остановился на ночевку. Утром 11 разведка донесла, что на ст. Цареконстантиновке (Куйбышево) находятся 15-й и 45-й автобронеотряды в составе 8-ми бронемашин, 2-х грузовиков прикрытия, 2-х мотоциклов. Здесь же в преследование подключилась бригада кавалерии Донецкой дивизии войск ВЧК из г. Юзово (Донецк).
