Сорок четвертого весну?
Припас тогда пришлось дополнить
На сотню танков — не одну.
«Пантер» и «Тигров» парк засел,
Захвачен нами иль сгорел,
Но лишь одним «тридцатьчетверкам»
Под силу были те проселки.
Не сами танки грязью шли,
Одолевая топи ловко, —
Танкисты с блеском их вели,
Блистая выучкой, сноровкой.
В полях Молдавии взлетело
К высотам наше мастерство,
В «котле» зажат был враг умело
И сгибли тысячи его.
Прошли отважные бригады
По придунайским странам путь,
Чрез реки, горные преграды
Болгары нас поныне чтут.
Наш штурм запомнили белградцы,
Могилы павших берегут,
Не зря словаки нас по-братски
Друзьями верными зовут.
Сколь пройдено дорог до Гроца!
На них остался крови след,
Покрыли гвардии знамена
Мы вечной славою побед.
Но вместе с подвигом — искусство
Вложили в дело той борьбы,
Умельцы замыслов искусных —
Комкор, комбриги и штабы.
Назвать героев всех хотел,
Ведь, право, вы — герои века,
Да стих имеет свой предел
Простите слабость человека.
Нет, не забыли мы с годами
Друзей, не кончивших поход,
Что шли к Победе вместе с нами,
Но не вкусили ее плод,
Гордимся тем, что мы причастны
К Победе трудной над врагом,
Что сберегли народу счастье
Свободно жить, а не рабом.
Дано народом, и мы носим
Большое званье «ветеран»
И молодых гвардейцев просим
От имени однополчан:
Крепите войско. Если случай
На нас погонит вражьи тучи,
А Родина обяжет вас,
Удар обрушите могучий,
Уверены, не хуже нас.
Как рады, милые подруги,
Мы с вами встречу разделить
Словами любящих супругов
О вас с восторгом говорить
Вы много бед в войну узнали,
Сирот от гибели спасли,
Победе труд свой отдавали
И донорами быть смогли.
Хотя жестокая война
Всем сединой виски покрыла,
Но вы сильнее, чем она
Детей и верность сохранили.
Мы вам, подруги боевые,
В делах и битве удалые,
Сегодня дарим вновь и вновь
Сердец биенье и любовь!
Тут вам судить, каков поэт,
И пусть стихи мои плохие,
Но в них душа моя поет
От встречи с вами, дорогие.
Мы помним утро грозовое,
Фашистской нечисти приход,
Ее злодейства, эшафот…
И много делаем, чтоб злое
Не испытал опять народ.
Но знаю я другое утро —
Из тех, что в памяти моей
Так ярко светится, как будто
Минуло лишь десяток дней.
В то утро корпус Сталинградский
Искусно силы развернул
И смелым натиском солдатским
Вновь под Турутино блеснул.
Маневром доблестных танкистов
Он вражьи части окружил
И в тот же миг атакой быстрой
Их обескровил и пленил.
Ликуя, жители селенья
Сбежались к нам со всех сторон:
С любовью, радостным волненьем
Нас обнимали и с почтеньем
Советский гладили погон.
Средь сотен возгласов счастливых,
Как песня, лившихся вокруг,
И детской речи торопливой
Мне говор женщин лег на слух:
«Свободы мы не ждали скорой,
Но вы пришли, родные, впору:
Побить и сжечь нас ворог мог,
Да, видно, сам послал вас бог!»
Немного слов,
Но слезы счастья обильно падали из глаз.
Была та радость их прекрасна,
В очах сияла и не гасла
Играла в каплях, как алмаз!
Шагал сюда я через грозы,
Отмечен в штурме городов,
Но были слезы те дороже
Мне грудь венчавших орденов.
И до финала поминутно
В боях нелегких снова был,
Но то тарутинское утро
С собой пронес и не забыл.
Ты верил в тяжкую годину мне, как себе,
болгарский брат,
И посылал фашисту в спину
свинцовый гибельный заряд
Когда дорогою сражений к тебе
на помощь я пришел
В одном строю, в едином рвеньи,
к Победе ты со мною шел.
Друзьям я рад, но званьем брата
того назвать всегда готов,
Кто, как болгарин, вместе, свято
и был, и будет бить врагов.
Это было надписано на альбоме,
подаренному генерал-полковнику БНА
Кабакчиеву Августу Христовичу
в Софии.
Снова мы с тобою, друг,
У Кремля, где в тесный круг
Боевых собрал друзей
Наш победный юбилей.
Сердце нас позвало в сад,
Где лежит Герой-Солдат,
И, его покой храня,
Замер воин у огня.
Вот к нему идут, идут,
В Неизвестном люди чтут
Всех, презревших смерть бойцов —
Вражьей гибели творцов.
Здесь не только скорбь, печаль
И истории скрижаль, —
Здесь победы торжество!
Здесь бессмертие того,
Кто в боях нам другом был
И в победу жизнь вложил.
Он безвестен… молодым,
Нам знаком и мы скорбим,
И о нем, и о других,
И не прячем слез мужских.
Сколько их, друзей легло,
Чтоб и вновь оно взошло —
Солнце мира над землей,
Облик их всегда живой!
В сердце раненом храним,
Торжествуя, к ним спешим.
Нам с тобою повезло:
Смерть от сердца отнесло,
Но следы ее когтей
С каждым годом все больней
Часто враг дырявил нас,
Но, поправившись, тотчас
Я найти тебя спешил
И в сраженье находил:
Как же рад бывал всегда,
Встретив выжившим тебя!
Лишь мы обняли подруг,
Как опять досталось друг,
Нам на ратный труд налечь,
Мир от недругов беречь.
Вновь тобою восхищен:
Трудным делом не смущен,
Ты трудился много лет
И оставил добрый след.
С возрастом порой грустят,
Быстро годы, мол, летят,
Ты же полон счастья жизни,
Без ворчливости капризной:
Оттого-то и хранит
