Тварей в конце концов выбили из Сонхи, и он навеки запечатал для них Врата в свой мир. А до этого сонхийским магам удалось захватить несколько артефактов, с помощью которых пришельцы превращали людей в марионеток. Для исследований. Предполагая, что ничем хорошим эти исследования не закончатся, Хантре с помощью своего союзника отобрал у них трофеи и уничтожил. Это вызвало недовольство, но Страж Мира вправе уничтожить то, что, по его предчувствиям, грозит миру новой бедой.
Он подозревал, что один из артефактов демон спрятал, но держал подозрения при себе, чтобы маги не кинулись на поиски. Собирался потребовать, чтобы союзник из Хиалы отдал ему эту дрянь, да не успел: в последней стычке с тварями демон погиб. При определенном стечении обстоятельств демоны тоже умирают, и перерождаются после этого уже не демонами.
А Хантре потом искал артефакт, но так и не нашел.
Эти «воспоминания о забытых снах», невесомые и липкие, как плывущие по воздуху паутинки, появились не случайно. И выбор тоже не случаен.
Кучи ископаемых останков для этого недостаточно.
Имени тоже недостаточно.
Так и не решенная в далеком прошлом проблема… которая может стать актуальной?.. Или уже стала?..
Он понял – внезапной вспышкой – что та штуковина, припрятанная князем Хиалы, находится где-то поблизости, это и послужило катализатором для «забытых снов». И времени почти нет. Буквально секунды.
Успел послать Тейзургу и Кемурту мыслевесть, это быстрее, чем говорить вслух:
Глава 4. Огрызок
Дирвен сам не ожидал такого эффекта. Эта неприглядная штуковина, похожая на уродца из царства насекомых, ввергла в бессознательное состояние не только Наипервейшую Сволочь и двух его сволочных приятелей. Ученики господина Арнахти – нангерец Ручди и полунангерец-полуларвезиец Квельдо, тоже где стояли, там и скопытились.
Повелитель амулетов пару раз изумленно моргнул, но тут же взял себя в руки. Чуток перестарался. Ну, бывает. Артефакт оказался мощнее, чем он предполагал. И бьет не точно по цели, как «Медный кулак» или «Каменный молот», а по площадям, как «Веселый град» или «Пчелиный горох». Может, надо было использовать его в комбинации с «Прицелом Зерл»? При условии, что они совместимы, а то бывает у некоторых артефактов несовместимость, и тогда результаты непредсказуемы.
У него не было времени как следует изучить добытый в подземелье артефакт. Так он и скажет, если Арнахти что-нибудь вякнет по поводу своих учеников в дурацких масках, которые валяются без сознания за компанию с противником. Тут Дирвен спохватился: старик же не знает, кто он такой, достаточно будет сослаться на свою неопытность в этих делах.
Арнахти вовсю его торопил: он-де уже приготовил нужное зелье, пока Гвенгер с Барвилой ходили добывать артефакт, а у этого зелья ограниченный срок, надо действовать поскорее, иначе скиснет. И уже на следующее утро послал карету за «экскурсантами». После вылазки в подземелье зверски хотелось спать, а когда отправились к пещере, старик по дороге долго и нудно инструктировал его и своих учеников, повторяя одно и то же, вперемежку с заверениями, что в случае неудачи задаток он вернет. Чтобы не выходить из роли, Дирвен покорно слушал, про себя костеря дотошного маразматика последними словами. В результате времени на изучение артефакта осталось чворк наплакал: пока сидел в засаде в «выставочной пещере» с окаменелыми иномирскими гадами.
Барвила под удар не попала, успела сбежать. Вернулась вместе с господином Арнахти. Дирвен тем временем вволю отвесил пинков Наипервейшей Сволочи и заодно обнаружил, что долговязый парень в надвинутой на глаза нангерской шляпе – не кто иной, как Кем из Абенгарта. Он слышал о Фингере Кемаско, амулетчике Тейзурга, но увидеть того вблизи ни разу не доводилось. Наверняка это он и есть.
Ругаться по поводу своих учеников старый маг не стал, только сокрушенно вздохнул и послал Барвилу за кучером с носилками. А сам извлек из карманов заношенной мантии что-то вроде дамских сеток для причесок, с бусинами и прочей декоративной дребеденью, и обмотал головы всем трем пленникам.
– Чтобы не очнулись раньше времени, – пояснил он озабоченно. – Сейчас они не опасны.
Дирвен уловил исходящий от сеток магический фон. Ясно, артефакты из группы тех, что предназначены для оглушения и обездвиживания противника.
Потом началась морока с перетаскиванием беспамятных тел из пещеры в глинобитный домишко на склоне горы. Внутри были дощатые лавки и стол, все это серое, ветхое, шаткое. Пахло лежалым тряпьем и мышами. По углам навален какой-то хлам, на полках запыленная утварь, а на столе ждет своего часа медный кувшин с зельем.
Пленников и учеников сложили в ряд на полу. Кучера и вторую девицу маг отослал, велев ждать снаружи. После того как он похлопотал над Ручди и Квельдо, те начали подавать признаки жизни. Барвила присела возле них, положила каждому руку на лоб и принялась плести какие-то чары.
