Надо тянуть время, пока сюда не нагрянут агенты Ложи. Полундра и неразбериха в его интересах: может, удастся завладеть нужными артефактами, или Арнахти перед лицом серьезного противника захочет договориться с ним по-хорошему.
Сперва тот спросил, как его зовут на самом деле. Дирвен усмехнулся и сказал. Никто из этой гнилой компашки не удивился – получается, все они были в курсе, и ученики, и барышня-сухарик.
– Что ты делал в моих покоях? – сверля его взглядом, поинтересовался маг.
– «Королеву роя» хотел поизучать. Вы же ее в день по чайной ложке изучаете, я быстрее разберусь.
Нетопырь сохранил мину разочарованного мудрого наставника, но все же в лице у него что-то слегка дрогнуло.
– Почему ты убил Савендье?
Дирвен уже придумал простой и каждому понятный ответ на этот вопрос:
– Домогался он ко мне – ну, с этой самой мерзопакостью… Увязался за мной, то да се… А я не терплю этой мерзопакости, убивать таких готов. Я оборонялся, потому что мои чувства были оскорблены, ну и врезал так, что у него голова хрясть. Он сам виноват.
Тут уже все переменились в лицах, а господин Арнахти нахмурился и произнес:
– Не замечал за Савендье таких наклонностей…
– Да врет он! – выпалил Квельдо. – Он сам извращенец, он же на весь просвещенный мир своими непотребными делишками хвастался безо всякого стыда! Меня аж дергает, когда он близко подходит, к такому только повернись не той стороной… Учитель, да наверняка он сам домогался Савендье, а тот не захотел, вот он его и убил!
– Врешь ты все! – возопил Дирвен, вскочив вместе со стулом. – Это он ко мне полез, а не я к нему! Я таких ненавижу!
– Тихо! – приказал Арнахти – его интересовало не кто кого домогался, а более существенные подробности. – Где тело Савендье?
– Унес наружу, – буркнул амулетчик.
– Как унес?!.. – теперь и Нетопыря проняло – он же столько охранных заклятий вокруг своей долины понаплел, а кто-то запросто ходит туда-сюда.
Пришлось рассказывать в подробностях, как ушел из долины, да как вернулся. Во-первых, запираться бессмысленно – начнут допрашивать с пристрастием, во-вторых, надо, чтоб Арнахти понимал его ценность и не захотел поскорее его прикончить.
Наконец они ушли, стул и веревки унесли с собой. Победа осталась за Дирвеном, хотя это была так себе победа.
Он растянулся на тощем, как прелести Барвилы, соломенном тюфяке. Руки-ноги занемели, во рту пересохло, голова чугунная. А хуже всего то, что узнал, наконец, почему этот придурок Квельдо от него шарахается: потому что несправедливо записал его в извращенцы!
Повсюду белесая хмарь, с неба моросит – ткутся водяные паутинки и тут же рассыпаются мельчайшими брызгами, то ли есть они, то ли нет. Скорее все-таки есть, потому что горы мокрые, и на влажных камнях недолго поскользнуться. Человеку недолго, а мучахе хоть бы что, пусть она и не горная дева.
Господин Арнахти оседлал камнешмыга – магическую тварь, похожую на вырубленного из гранита поросенка величиной с пони. Он приманил его, зачаровал и выдрессировал, чтобы разъезжать на нем по окрестностям. Камнешмыги издавна обитают в Унских горах, людей сторонятся, да и людям нет до них дела. Они не зловредные, никому не мешают. Здешние маги иногда их ловят, чтобы использовать для своих нужд. У них один недостаток: такое существо привязано к своей территории и не может ее покинуть, так что далеко на нем не уедешь. А если изловленного камнешмыга силком вытащить за ее пределы, он превратится в обыкновенный валун.
Этого назвали Уджи. Его каменный хребет скрывала попона из сложенного вчетверо стеганого ватного одеяла, к которому пришили ремни, застегнутые под брюхом твари. А сверху еще и пуховая подушка в гобеленовом чехле – вместо седла. Когда Тунанк Выри впервые это увидела, ей стало смешно, но она благоразумно сохранила на лице серьезное выражение, чтобы не рассердить покровителя.
Сама она мчалась вприпрыжку рядом с всадником. Камнешмыги бегают не настолько быстро, чтобы мучахе за ними не угнаться.
Хмарь впереди стала гуще, изменила цвет – здесь она была с желтизной, словно брюхо протухшей рыбы. Господин Арнахти остановил Уджи, Тунанк Выри тоже остановилась.
– Что ж, этот молодой человек подписал себе смертный приговор, – сухо произнес маг. – Хотя мог бы пригодиться мне для экспериментов и прожить подольше. Он сам выбрал свою участь. Когда период выбросов закончится, сходишь сюда, найдешь его тело и заберешь амулеты, которые дал ему Дирвен.
– Я поняла, господин Арнахти, – тихо отозвалась мучаха.
Она чувствовала себя подавленно. Разговор с Кемом чем-то ее растревожил – она не все запомнила, но вроде бы он говорил ей что-то плохое… И все равно его немного жаль. Уж лучше бы остался в усадьбе пленником. Он успел уйти довольно далеко и забрел в ущелье с ядовитым паром, впереди целый лабиринт таких ущелий. Этот подземный пар ничем не пахнет, и пока поймешь, что ты задыхаешься, будет поздно. Страшная медленная смерть.
В глазах защипало, ей захотелось всхлипнуть. Удержалась, но маг все равно заметил.
– В чем дело, Тунанк Выри?
– Я подумала о том, как много вокруг опасного.
