Хантре приготовил два мешочка и нож. Пальцы слегка дрожали. Хеледика уже говорила, что в Олосохаре это для нее не смертельно, а его все равно трясло. Не за себя – за нее. О том, что должен будет сделать он сам, решил до последнего момента не думать. Все равно этого не миновать, поскольку это самый надежный способ избавить Сонхи от Огрызка.
– Я сейчас, – предупредила девушка и, скривившись от боли, опустилась на колени.
Он натянул кожаные перчатки, одолженные у Орвехта – знал бы верный помощник Шеро Крелдона, для какой цели! Перчатки не обязательны, Арнахти и Дирвен работали с Огрызком без них, но не хотелось брать эту дрянь голыми руками. Тем более если дрянь поймет своим
Волосы Хеледики всколыхнулись: началась ворожба. Несколько мгновений спустя ведьма медленным плавным движением, словно исполняла танец, взяла нож и полоснула по «опухоли».
Брызнула кровь, вместе с ней вывалился темный комочек величиной с муху, за ним второй, третий… Повинуясь чарам Хеледики, песок застыл сплошной монолитной поверхностью, не позволяя им зарыться внутрь. Хантре хватал их и прятал в мешочки: четный-нечетный, четный-нечетный… После небольшой паузы выпал последний, который был в пищеводе. Этот оказался самый верткий – выскользнул из окровавленных пальцев и наутек, но маг перекинулся и в два счета поймал беглеца. Принес обратно в зубах, сейчас не до брезгливости. Вновь обернувшись человеком, сунул семнадцатый фрагмент в один из мешочков. Оттуда им не выбраться благодаря тройному блокирующему заклятью – сначала Дух Местности постарался, потом песчаная ведьма, а потом еще и он добавил.
Хеледика, вся в крови, сидела, опираясь на руки, с разверстой раной в подреберье. Лишь увидев, что дело сделано, обмякла и растянулась ничком на песке. Она уже объясняла, что швы накладывать не понадобится, Олосохар ее вылечит.
Хантре устроился рядом, спрятав мешочки в карманы куртки. Только теперь он почувствовал, до чего здесь печет – они же в тропиках.
Изнанка в ляранском дворце была – кое-где запечатанная, но хватало и помещений, доступных для народца. Тунанк Выри решила отсидеться там, выбираясь по ночам на кухню за глотком воды и кусочком лепешки.
О ней как будто все забыли, ну и хорошо. Тейзурга сразу взяли в оборот лекари. Харменгера, которая здесь свободно разгуливала в человеческом облике – только рога прятала в высокой прическе в виде полумесяца – судьбой Тунанк Выри не интересовалась. Придворные тоже не выясняли, куда подевалась невзрачная девушка, появившаяся из Врат Хиалы вместе с их князем и демоницей. Впрочем, они ее и не видели: заслышав людские голоса, мучаха юркнула на изнанку, благо в той комнате, где открылись Врата, была потайная арка.
Тут обитало двое чворков да несколько похожих на одуванчики козяг – люди их пугаются почем зря, хотя лучше бы друг друга пугались. А за окнами – оживший разноцветный ковер! Так можно прожить и пару месяцев, и полгода, и год, лишь бы никто ее не хватился…
Задремав однажды под утро на большой пестрой подушке – в этих краях на них сидят, хотя стулья и кресла во дворце тоже есть – Тунанк Выри проснулась оттого, что кто-то на нее смотрит. И еще от запаха парного молока, по которому успела соскучиться.
За молоком хвостатое племя бегает в людские поселения, пробирается тайком в хлева и загоны. Скотине с этого никакого вреда, да и хозяева не в убытке – мучахе много не надо, вдобавок она может подлечить своим колдовством занемогшую корову, козу или овцу. Поэтому крестьяне, даже если заподозрят, что к ним на двор повадилась мучаха, обычно об этом не болтают, и охотников за кисточками спроваживают: мол, нету здесь таких, и никогда не было.
Открыв глаза, Тунанк Выри увидела высокую девушку с двумя косичками золотисто-ржавого цвета. Гостья улыбалась до ушей, на загорелом лице пятнышками темнели веснушки. На ней было голубое платье с вышитыми перламутровой нитью стрекозами и кувшинками. В одной руке она держала кружку с молоком, в другой стеклянный пузырек, а локтем зажимала под мышкой ворох разноцветного тряпья.
Человек на изнанке?.. Может, кто-то из чворков ее сюда привел?
В следующее мгновение мучаха поняла, что перед ней вовсе не человек, другое существо.
– Первым делом выпей вот это, – гостья присела на корточки и поставила пузырек. – Это зелье, чтобы ты понимала сказанное с первого раза. Во флаконе зелье, которое позволит тебе понимать с первого раза все, что услышишь, выпей.
Мучаха отвинтила пробку и проглотила содержимое.
– Ну, давай знакомиться, – заговорила девушка, выдержав паузу. – Во дворце меня все знают, как придворную даму Веншелат, а для посвященных я Венша – хранительница города. Правда же, он красивый? Понравился?
– Похож на ковер… – только и смогла вымолвить ошеломленная Тунанк Выри.
– На, попробуй – верблюжье! Небось, такого ты еще не пила?
Благодарная мучаха обеими руками взяла кружку. Чудесное молоко, одновременно и сладковатое, и солоноватое, не смогла остановиться, пока не осушила до дна.
