— Неужели не догадываетесь? Он ведь ничего не может.
— Догадываюсь, — ответила судья. — Но это обстоятельство к делу не относится.
— Ещё как относится, — возразила истица.
— Хорошо, пусть так, — согласилась судья. — Но я должна выслушать ответчика, а он мычит. Поэтому подготовку к разбирательству вашего заявления по существу я откладываю на неопределённый срок.
— И сколько же ещё он так пить будет?
— А я почём знаю.
Я не Аксаков и не Пришвин, но природу тоже люблю. Медведей там всяких, зайчишек, улиток и прочих козявок. Всегда готов пожалеть их, прийти на помощь или угостить чем-нибудь вкусненьким.
Однажды вот сидим с женой на берегу озера, недалеко от Москвы, рыбу ловим. Клёв обалденный.
— Я не могу больше, — говорит жена. — Руки устали. И ты заканчивай, куда нам её столько!
— А ты начинай чистить её, — предложил я. — Здесь ведь лучше, чем в мойке на кухне.
Села она на гладкий камень, позади кустики, за ними лес, и начала чистить. А я продолжаю ловить. Штук сто наловил ещё, прямо гора рыбы перед женой с ножичком. Ещё час проходит, и вдруг она как закричит, я чуть в воду не свалился.
Оборачиваюсь и вижу, длиннющий такой уж от жены отползает с окуньком нашим в пасти.
— Ах ты, гад желтоухий! — воскликнул я и смело погнался за пресмыкающимся. Он к кустам, а я наперерез, он вправо, а я влево. И так отхлестал его удилищем по башке, что он и рыбку выронил и части туловища перепутал. Потому как вперёд хвостом за корягу спрятался. Вот пусть сидит там и думает, можно чужую добычу воровать или нет. Инстинкт собственника никто не отменял. А природу я сильно люблю, и флору и фауну.
Так всё и было, можете не сомневаться.
Выходит из банка Евгений, рядовой гражданин во всех смыслах. И видит, как в сопровождении охранника, спешно закрывшего дверь лимузина, поднимается по ступенькам солидная дама. Прямо навстречу. Когда она успела всмотреться в него, он не заметил. Не обратив на неё особого внимания, Евгений медленно поплёлся к вокзалу за билетом в Москву. Все снятые им со счёта деньги предназначены для вынужденной поездки на курсы повышения квалификации. Отошёл-то от банка всего ничего, как его догоняет охранник и вежливо просит пройти с ним к управляющей. Уговаривать себя и тем более сопротивляться Евгений не стал. И вот он уже стоит в кабинете между двумя кожаными креслами перед той самой солидной дамой.
— Неужели не узнаёшь меня? — радушно улыбаясь, спрашивает она.
— Нет, — прямо отвечает Евгений.
— Тогда давай вспоминать вместе. Детский садик помнишь?
— Помню.
— Фонтанчик там помнишь, с дельфинчиками, из которых струйки брызгали?
— Помню.
— А полненькую девочку с толстой косой до пояса помнишь?
— Припоминаю.
— Мы ещё пёрышки от маленьких птичек с тобой поддували, и они на воду опускались. Ну?
— Теперь вспомнил, — сказал Евгений и тоже заулыбался. — Я бы даже точно показал, где ты на общей фотографии, будь она сейчас у меня перед глазами. Тридцать лет прошло!
— А я тебя сразу узнала…
Повспоминали они ещё немного кое о чём, а потом она поинтересовалась у Евгения, зачем он в банк приходил и зачем в Москву собрался.
— А не выполнишь ли ты одно поручение для меня? — спросила она с очень серьёзным видом. — Тебе только могу доверить.
— Выполню, если смогу, — охотно согласился Евгений.
— Вот эти документы, — и она достала из стола серую папку, — надо передать из рук в руки одному человеку. Это конфиденциальная информация для владельцев банка. Другого надёжного способа пока нет. На вокзале тебя встретят и отвезут, куда надо.
— Не волнуйся, всё передам.
— Отлично! Видно, сам бог он нам тебя послал. Главное, следить за тобой некому. Тогда так, сколько ты хочешь?
— Чего сколько?
— Денег.
— За что?
— За услугу.
— Не надо ничего. Это же по-дружески.
— Знаешь что, фонтанчик — это одно, а бизнес — это другое. Называй сумму.
— Пять тысяч, — чтобы только не продолжать эту неловкую для него сцену, ответил Евгений, имея в виду рублей, разумеется. Для него, разумеется. Сказал и сам испугался, не загнул ли он, даже шутя. Папочку по пути передать — скажи на милость, какое великое дело!
Но девочка из далёкого детства, ничуть не задумываясь, тут же вызвала сотрудника банка и произнесла приказным тоном — "пять". Молодой человек в чёрном галстуке молча вышел, вернулся, положил на стол управляющей пять тысяч долларов и удалился.
— Пакет надо или так заберёшь?..
На Казанском вокзале Евгения встретили двое, посадили в джип и по приезду на место сопроводили в какой-то тенистый двор за огромным зданием Министерства иностранных дел. Там в чудесном старинном домике, скрытом от посторонних глухим забором, его дипломатично принял весьма импозантный господин, поблагодарил за доставленные документы и поручил прислуге угостить нарочного коньяком, кофе и тортом. А сопровождающим поручил отвезти Евгения, куда он пожелает.