— В тот вечер я находился здесь, у себя в клинике, — как показалось Виталию Викторовичу, с облегчением ответил хирург. — Я находился на дежурстве.
— И кто может подтвердить ваше дежурство? — уже понимая, что у подозреваемого на время убийства гражданина Полякова вырисовывается крепкое алиби, спросил майор.
— Много кто… Например, мой ассистент доктор Щербатов, медсестра перевязочной Мария Евгеньевна Игнатьева… Можете также спросить у дежурной сестры Анастасии Ивановны Лубянко, потом санитары, — принялся перечислять Горюнов. — Вообще, человек десять меня видели и могут подтвердить, что я неотлучно находился в клинике. Я уж не говорю о пациентах, они тоже меня видели. Двум больным было плохо, пришлось их проведать. Я сам назначил им лечение, медсестры тут же поставили им капельницы…
Что ж, это было железобетонное алиби. Конечно, надо будет еще допросить всех тех, кто дежурил в тот вечер и видел хирурга Горюнова. Но что-то подсказывало майору, что свидетели подтвердят алиби доктора.
— Если у вас ко мне больше вопросов нет, то позвольте мне уйти, у меня назначена плановая операция. Медсестры уже готовят больного. Пропустить ее я не имею права!
— Все понимаю, — ответил Виталий Викторович и, попрощавшись, вышел из кабинета.
В школьном классе обычно тридцать с лишним учеников. Приятелей среди них может быть с десяток. А вот друзей настоящих много не бывает — всего-то двое или трое. Но лучший друг всегда один. Таковым для Коськи Полякова был Степка Горюнов.
Они знакомы с первого класса. А со второго уже сидели за одной партой. Мальчишки были разными — и внешне, и по характеру. Константин — худощавый, высокий, а Степан среднего роста и плечист. Горюнов прослыл молчуном. Учился прилежно, особенно ему давались предметы, относящиеся к точным наукам: арифметика, затем алгебра и геометрия, немногим позже полюбилась физика. А Поляков, напротив, терпеть не мог математику, зато у него всегда было «отлично» по гуманитарным предметам.
В восьмом классе они влюбились в одноклассницу по имени Инга Фоменко. Она и прежде им обоим нравилась, как и многим мальчишкам из класса, но уж не настолько, чтобы об этом долго думать. А тут как будто бы оба прозрели! Ухаживания сводились к совместным походам в кино и прогулкам по центральному парку. А в выпускном классе оба парня признались ей в любви. Но Инга предпочтения никому не отдавала: ей нравились оба, и она никого из них не хотела потерять.
Константин и Степан поступили в вузы. Поляков стал студентом историко-филологического факультета государственного университета. Видел себя выдающимся ученым-историком, совершающим научные открытия и публикующим научные статьи в престижных журналах, а в крупных научных издательствах — толстые монографии, которые будут переводиться на многие языки Европы. На последнем курсе он сделал предложение Инге Фоменко, поделившись при этом своими замечательными планами на будущее. Предложение Константина Инга приняла. Быть женой ученого, труды которого станут широко известными, — это замечательно! И не менее престижно, чем быть супругой заслуженного артиста или народного писателя. К тому же ученые хорошо обеспечены и не влачат нищенское существование.
А Горюнов выбрал для себя лечебный факультет медицинского института. Незадолго до окончания вуза он тоже предложил Инге руку и сердце, но был отвергнут легким сожалеющим покачиванием головы и единственным, но таким объемным словом: «Поздно». Все последующие месяцы Степан избегал встречи с Ингой, стараясь забыть ее навсегда. Однако получалось скверно, сердечная рана оказалась глубокой, не желала затягиваться и постоянно кровоточила… Окончив институт и получив диплом, он поступил в ординатуру по хирургии. Его формирование как специалиста пришлось на годы войны, и после углубленного образования по специальности он начал работать в одном из городских эвакогоспиталей, куда раненые поступали непрерывным потоком. Бывало, что у операционного стола приходилось простаивать по десять часов кряду: резал, зашивал, отрезал, спасая жизни раненых. Уставая, выходил на кратковременный перерыв, чтобы выкурить папиросу, выпить стакан крепкого чая, а затем вновь подходил к операционному столу, чтобы вытаскивать из пробитых и резаных тел колючие осколки и расплющенные пули; зашивать кровоточащие раны; удалять конечности, чтобы спасти от гангрены.
После окончания войны и преобразования эвакогоспиталя в городскую клиническую больницу Степан Федорович Горюнов сделался ведущим хирургом хирургического отделения клиники.
А постоянным любовником Инги Горюнов стал, уже поступив в ординатуру.
