- Наметёт, не дай Бог, - кивнул Серега на метель за окном, - опять завалит у Мезенихи...
- Да, дед Колян, - добавил он весело, - ты чего такого натворил, что сегодня к тебе все цепляются... И гоняют как зайца?
При упоминании зайца, Бублик, успевший заскочить в кабину, заурчал.
- Всякое бывает, - отозвался ветеран. - И погода она нас не спрашивает. Метет и сиди себе, смирись...Как и начальство, нас не спрашивает... А чо я натворил? Ты не поверишь! Гитлера победил! Вот все интересуются, куда ты, дед Колян, его, поганого фашиста, девал.
- И куда? Если не секрет? - удивился Серега. - Куда ты его лично уконтропопил? Прямо в Берлине, что ли?
- Эх, Серега! Не пришло ещё время раскрывать все тайны, - хмыкнул ветеран. - Вот и суетятся вокруг - и где же этот ирод!
- Чудной ты, дед Колян. И забавный, - улыбнулся Серега. - Батя рассказывал, ты по мишеням стрелял, как чемпион спортивный какой. Тир возле вокзала стоял ещё... Все вокруг рты разевали...А на охоту, батя говорил, ты с мужиками никогда не ходил. И чо?
- Убивать не люблю, - коротко сказал ветеран.
- Да ты, чо? Всю войну прошел. Фрицев, поди, навалял, немеряно, - не поверил Серега - И убивать не любишь?
- Фриц был враг. Не только мой. Всех - и слабых детишек, и стариков, и женщин. Не убьешь его, убьет тебя. Не только меня...Их убьет...- серьезно сказал ветеран. - А зверюшки? Они нам не враги? Да, Бублик?
Песик слегка гавкнул подтверждая слова хозяина, что любая зверушка им не враг.
Когда Нетребин зашел в кабинет, там метался начальник станции Бородкин.
- Николай! Да где же вы там! Вон у телефона...Ты понимаешь, кто там? Сам Гругман! Глава района! Он ждёт...А вы болтаетесь, где не попадя! Думать надо!
- Я присяду, Сан Саныч. Дай хоть немного вздохнуть...Сан Саныч, что-то приустал я, забегавшись. Не пацан ведь, все-таки возраст, - ветеран присел у стола, а Бублик уселся у двери.
- Какое присяду? Николай! Ты соображаешь или нет? Его ждет у телефона глава района! А он - присяду! Обалдеть! - вспыхнул Бородкин. - Бери трубку, надо говорить. Не каждый день к тебе обращается глава! Сам, лично!
- Слушаю вас, - сказал в телефон ветеран.
Трубка долго молчала. Нетребин вопросительно посмотрел на Бородкина. Тот замахал руками и прошипел:
- Жди! Тебе говорю...Жди...Это Гругман!
- Я гвардии старший сержант Нетребин Николай Васильевич, - снова, но уже тихо, через силу проговорил ветеран. - Житель поселка Каменный Ключ. Вы что-то хотели сообщить мне?
- Это учвов Нетребин? - внезапно громко пророкотала трубка. - С вами разговаривает глава района Гругман. Мое имя и отчество Марк Ааронович. Надеюсь вам это известно?
- Я понял Вас. Слушаю, - устало сказал ветеран.
- Я могу называть вас учвовом? Мне тут сегодня, девятого мая, в тринадцать тридцать по местному времени, доложили, что вы являетесь ветераном войны. Вы, это утверждаете, как житель нашего района. Какие у вас основания для столь громогласного заявления?
- Сан Саныч...Что такое учвов? - повернулся к Бородкину Нетребин. - Не улавливаю смысла. Устал, извини...Зэк, что ли я?
- Нет Николай, совсем не зэк. По их, начальственному разговору, учвов, сокращенно - участник Великой Отечественной войны. УчВОВ, так сказать... - быстро пояснил начальник станции. - Не обижайся. Это - глава района. Не нам его судить.
- Как кличка у собаки, - пожал плечами ветеран. - Нас досокращали...УЧВОВ, лихо сказано...
- Николай...Не возникай, прошу тебя... - упрекнул ветерана Бородкин. - Глава на проводе! Мне-то, если что, тоже - такое прилетит. Начальство найдёт, за что мне шею намылить. Николай, Николай,.. Зачем из-за ерунды?
Нетребин повернулся у Бублику и сказал:
- Дружок, обзывать нас стали, как хотят... Но и не кормят...Ты-то хоть доволен питанием?
Бублик с пониманием довольно заурчал и прилег у двери.
- Я жду объяснений, - требовала трубка. -Что вы можете привести в обоснование своего сомнительного выпада об участии в Нашей Великой войне, где Мы, естественно, победили, кроме ваших голословных заявлений. И зачем Вы именно девятого мая сего года неожиданно позволили себе заявить о своем требовании как учвов.
- Я ничего Вам не заявлял, ничего не докладывал, - грустно сказал ветеран, - Никому я не поручал ничего заявлять. О том, что мы с супругой ветераны и участники Великой Отечественной войны с 1943 года ни для кого не секрет.
- Ах, ещё на звание учвова претендует кроме вас ещё и ваша супруга? Неожиданный поворот в данном событии, - возмутилась трубка. - То есть, вы уже требуете распространить льготы и различные привилегии как учвовов, не только на себя, но и на свою супругу.
- Ничего мы у Вас не требуем. Никаких льгот, привилегий нам не нужно, - печально сказал ветеран. - Ни мне, ни моей супруге. Не я к вам обратился за какими-то выгодами. Позвонили Вы. В чем вы нас с упругой подозревает?
- А нам видятся далеко идущие намерения незаконного хапка в большой помощи настоящим ветеранам со стороны хамски наглого вашего выпада. - откровенно заявила трубка.