Досье Дрездена полностью

В современном мире волков принято недооценивать — в конце концов, у людей есть ружья. И вертолеты. Однако в прежние времена, когда полагаться приходилось больше на собственные мускулы, волки представляли собой серьезную угрозу людям, считаясь на планете хищником номер два. Люди как-то забыли о том, что волки сильнее, быстрее и на порядок опаснее двуногих собратьев. О том, что человечество научило волков бояться и избегать их, но что без этого страха и современного оружия человек для волка всего лишь потенциальная угроза и потенциальный обед. Лишенный страха волк может справиться с несколькими людьми, растерзав их на куски. Лишенный страха и обладающий разумом волк, работающий в команде с другими, может превратиться в стихийное бедствие — почти в полном смысле слова.

Сказать, что бой трех волков с дюжиной Капюшонов в стесненном пространстве вышел неравным, значит не сказать почти ничего.

Внизу сразу же раздались крики, и Мёрфи вошла в дверь, повесив автомат на ремень и держа наготове электрошокер.

Поскольку зайти я пока не мог, мне оставалось только наблюдать за происходящим сверху. Уилл, Марси и Энди разом врезались в первого парня, стоявшего в полудюжине ступеней ниже входа. И не важно, как вы сильны или сколько вы весите: светошумовая фаната и обрушивающиеся на вас пять сотен фунтов волчьей массы, не говоря о близком взрыве перед этим, гарантированно собьют вас с ног. Капюшон обрушился, увлекая за собой нескольких стоявших ниже. За этим последовала неразбериха из спутавшихся тел и клацающих зубов. Преимущество было на стороне волков. Первоочередной целью стали руки, сжимавшие оружие, так что окровавленные пистолеты с лязгом полетели вниз по ступенькам.

Один из Капюшонов успел-таки выхватить нож размером с поднос из кафе и занес его, целя в загривок Уиллу. Мёрфи прижала нож ногой к ступени и врезала по державшей его руке шокером. Капюшон заорал от боли и выронил оружие.

Дальше все решали силы инерции, гравитации, а еще волчий рык. Оглушенных, окровавленных и избитых Капюшонов сбросили вниз, прогнали по коридору, мимо двери в щитовую, и они вместе с волками, направлявшими их в нужную сторону, как овчарки — стадо овец-переростков, скрылись из виду. Дальше мне приходилось полагаться на собственное воображение. Должно быть, их загнали в угол и, судя по сменившейся тональности рыка, удерживали на месте до подхода остальных.

Положив руку на автомат, Мёрфи спустилась вниз.

— Ты, — произнесла она, ткнув дулом автомата куда-то в невидимую мне фигуру. — Ты, с ножом. Как тебя зовут?

— Я... — произнес заикающийся голос. — Я не должен... я не...

— Мёрф! — окликнул я ее сверху. — Собиратель Трупов имела возможность вдоволь повозиться у них в головах. Времени у нее было — с самой той истории с динозаврихой Сью. Они не совсем дееспособны.

Мёрфи покосилась на радио в кармане, потом снова повернулась к своему собеседнику. Только тон у нее изменился: из потенциального палача она превратилась скорее в строгую училку, которой не стоит перечить. Такое преображение с ней уже случалось, с максимальным эффектом.

— Скажи-ка, сынок, это у тебя не бумажник в кармане?

— Да, мэм, — пробормотал голос.

Она кивнула:

— Достань его. Осторожно, двумя пальцами. И кинь мне сюда. Будь умницей.

— Только не делайте мне больно, — прохныкал голос.

Мёрфи повернула голову, и я увидел в ее глазах страдание. Она опустила автомат, голос ее сделался еще мягче:

— Просто брось мне бумажник. Я постараюсь, чтобы все было хорошо.

— Хорошо, мэм, — всхлипнул голос. На пол у ног Мёрфи шлепнулся потертый нейлоновый бумажник. Она подняла его, не спуская взгляда с пленных. Я увидел, как она порылась в бумажнике.

— Хорошие собачки... Я люблю собак, — промямлил голос.

— Они не сделают вам ничего плохого, если вы не будете шевелиться, — отозвалась Мёрфи. — Джошуа? Так тебя зовут?

— Я... Да, мэм. Так звали. То есть зовут. Джош.

— Джош. Девятнадцать лет, — пробормотала Мёрфи, и в голубых глазах ее разгорелся сердитый огонь. — Господи Иисусе, ну что за ублюдки.

— Сука. Формально она сука, — поправил я.

Мёрфи фыркнула.

— Поди сюда, Джош.

Молли подошла и остановилась рядом со мной у входа на лестницу — как обычно, слева и чуть сзади. Должно быть, увидела меня при помощи своего камертона.

Перед Мёрфи возник один из Капюшонов, раз в пять крупнее ее. Ручищи его не уступали размером лопатам. Из одной руки шла кровь.

— Будь так добр, сними капюшон, — попросила его Мёрфи.

Он поспешно повиновался. Под капюшоном обнаружился крупный, некрасивый, туповатый на вид парень. Длинные волосы свалялись дредами. Должно быть, прошел не один месяц с тех пор, как он в последний раз стригся, причесывался или мылся. Если у него и росла щетина, то с верха лестницы я ее не видел. Явно не гений мысли. Он несколько раз поморгал, щурясь на свет фонарика.

— Привет, Джош, — произнесла Мёрфи, стараясь говорить ровно и спокойно. — Меня зовут Кэррин.

— Привет, Кэррин, — отозвался Джош.

— Покажи-ка мне свою руку, — требовательно сказала она.

— Устанавливает контакт, — шепнула мне на ухо Молли. — Грамотно.