Досье Дрездена полностью

Ну да, конечно, этим она и занималась, чтоб её. Зачем ей ещё стоять, отбивая мои удары, если она запросто могла исчезнуть, оставив меня с носом? Да и укрепления Злого Боба, похоже, служили не только для того, чтобы затруднить моё продвижение, — прорываясь сквозь них, я тоже утратил изрядную часть себя. И потом, обмениваясь плюхами с Собирателем Трупов, я тоже швырялся своими воспоминаниями направо и налево — а ведь сам же наблюдал, едва хлопнув дверцей машины капитана Джека, как бережно обращается с ними сэр Стюарт.

Я не видел Собирателя Трупов, не включая Зрения, но её издевательский смех доносился от той стены, куда отшвырнул ее мой последний удар. Я снова посмотрел на свои руки и стиснул кулаки от досады. Морти был прав. Я и так уже перестарался. Но как, черт подери, я мог еще драться с ней?

Я повернулся к Морти. Он с трудом фокусировал взгляд на мне, медленно поворачиваясь на веревке. В конце концов он просто закрыл глаза.

— Дрезден... Вы все равно ничего больше не можете сделать. Выбирайтесь отсюда. Не хочу, чтобы еще кто-нибудь жертвовал собой ради меня, — прохрипел он. — Не ради меня.

Тень сэра Стюарта, колыхавшаяся часовым рядом с Морти, смотрела на меня печальным, отрешенным взглядом.

От безумного смеха Собирателя Трупов я вздрогнул.

— Знай я, на что ты способен, Дрезден, разобралась бы с тобой много лет назад. Боз, убей коротышку!

Послышался рев, судя по силе и тональности испускаемый каким-то крупным животным. А потом из ямы с духами полез на поверхность гуманоид, размерами и очертаниями больше напоминавший мусоровоз. Он выныривал из кипящего варева духов подобно ступающей на океанское побережье Годзилле. Вонь, исходившая от него, наверное, ощущалась даже в Небывальщине — хорошо, что я уже умер, а то, наверное, задохнулся бы до смерти или по крайней мере потерял бы сознание. Бедный мозг этого парня пребывал в окружении кипящих духов бог знает как давно, и если реакция Морти на его появление могла о чем-то говорить, на здравый смысл его можно было не рассчитывать. Все тело его покрывал такой толстый слой грязи, что я даже не мог разобрать, где кончалось потустороннее дерьмо и начиналось материальное. Вот глаза его я видел — тускло горевшие под капюшоном наподобие раскаленных камней. Взгляд его блуждал. Короче, человеком этот парень мог считаться только формально — все, что имелось в нем человеческого, давно протухло и превратилось в гной.

Боз выбрался из ямы, буквально источая энергию гниения, разложения, злобы и безграничного голода. Секунду или две он стоял, тупо озираясь по сторонам. Потом повернулся и вразвалочку, как Джейсон Вурхиз, направился к конструкции, на которой висел, покачиваясь, Морти.

Эктомант устало покосился на Боза.

— Класс! — выдохнул он. — Только этого мне не хватало.

— Что? — не понял я. — Морти! Что она имела в виду?

— Э... простите. Я тут слегка отвлекся, — сказал Морти. — Чего?

— Собиратель Трупов! Что она имела в виду, когда сказала, что вы ей больше не нужны?

— Да вы сами, Дрезден, скормили ей столько энергии, что её хватит на пару дюжин Кошмаров, — устало объяснил Морти. — Теперь она вольна делать все, что ей заблагорассудится.

— Что-что? Заглотала дюжину убийц и заделалась взаправдашней? Неужто все так просто?

Боз добрался до баскетбольного столба, взялся за него своими лапищами, и тот начал медленно поворачиваться. Морти, болтаясь, переместился ближе к краю ямы.

— Агх! Дрезден! Сделайте что-нибудь!

Я испепелил Морти взглядом, посмотрел на свои пустые руки и — скорее от досады — врезал Бозу под вздох. С таким же успехом я мог бить груду навоза. Рука просто провалилась в дерьмо по локоть, но твердой плоти так и не коснулась. Выдернул я её обратно, разумеется, грязной как черт знает что. Действовать я не мог. Единственным доступным мне оружием оставалась информация.

— У меня здесь типа возможности ограничены, Морти!

Морти начал задыхаться, но, похоже, принял решение.

Он говорил торопливо, захлебываясь:

— Она снова может стать реальной — правда, ненадолго.

— То есть может проявиться, — кивнул я.

На ногтях у Боза темнели пятна зеленой плесени. Он вытянул лапищу и взялся за веревку, на которой болтался Морти.

Отвязав её конец, он принялся подтягивать Морти к краю ямы. Оттуда высунулись в надежде дотянуться до эктоманта руки, пальцы и рты.

— Гы, — выдохнул Морти, пытаясь дернуться подальше от них. Какой-то дух сумел-таки коснуться пальцами его лица, и он дернулся от боли. — Но как только она это проделает, она сможет делать все. Ходить, разговаривать — что угодно.

— И использовать свою магию, — выдохнул я. Собирателю Трупов не обязательно будет ограничивать свой круг общения людьми, способными общаться с мертвыми, с которыми до сих пор она могла мериться силой воли, как с Морти.

Она просто найдет себе кого-нибудь нового, захватит его тело — и она снова в игре... меняющий тела псих, люто ненавидящий Белый Совет и вообще все, что достойно уважения. Её босс Кеммлер явно ухитрился в свое время несколько раз восставать из мертвых. Возможно, весь этот жуткий культ списан из сборника его сценариев.