Некий человек по имени Петер Кубаинский, бывший агент Абвера, замешанный, по его словам, в неудавшееся покушение на Гитлера, подтверждает, что в мае 1945 года Мюллер встретился в Австрии с капитаном СС Алоизом Бруннером, который должен был вручить ему фальшивые документы. Этот контакт очень интересен, так как в то время Москва утверждала, что арестовала и повесила Бруннера. На самом деле Бруннера обнаружили в 1968 году в Сирии, где он ра-ботал под чужим именем для западногерманской фирмы «Ofraco», которой ру-ководил в Дамаске зять генерала Ганса-Генриха Воргицки, в то время одного из ближайших помощников генерала Райнхарда Гелена в руководстве БНД. Следо-вательно, Москва лгала. Следовательно, разведка Гелена знала.
К несчастью, Воргицки, который до 1945 года был специалистом по заброске немецких агентов в СССР, умер в 1969 году от остановки сердца. Молчание сно-ва окутало это дело.
Другой слух 1960-х годов утверждал, что Мюллера, скрывавшегося под именем Амине Рашада, якобы видели в Египте, в пригороде Каира, по адресу Харет-Беркат эль Хагаб, 9. Под другим именем его чуть позже видели в Албании, за-тем в Центральной Америке, затем в Южной Америке, и даже в Австралии. Но нахождение его в том или ином месте было бы возможным только при том усло-вии, что его пребывание там было определено между 1951 и 1954 годами, но, разумеется, не в начале или в середине 1960-х годов. Наше расследование ни-же покажет почему.
Со своей стороны, несомненно, чтобы дать Москве понять, что их не удалось обвести вокруг пальца, американские власти прямо перед Берлинской блокадой придумывают операцию, которая состояла в том, что по Западному Берлину начал расхаживать фальшивый Генрих Мюллер. Эпизод, который спустя много времени настолько сильно впечатлит некоего агента влияния Москвы, что он, в очередной раз, сочинит романную небылицу о Гестапо-Мюллере, ставшем аме-риканским агентом, затем американским гражданином, вхожим в высший свет. На самом деле так же уверяли, что Борман, мол, жил в Англии после 1945…
Спустя несколько месяцев после эпизода с ненастоящим Мюллером, который приходил забрать документы в Западном Берлине, 22 декабря 1948 года еже-дневная газета «Tägliche Rundschau» («Ежедневное обозрение»), выходившая в Восточном Берлине под контролем советской военной администрации, опубли-ковала гневную заметку о «французских грабителях», которые якобы незакон-но проникли «в один дом в Штольпе», а затем быстро убежали. Странная ин-формация. Никто никогда не говорил о Штольпе. Почему именно дом в Штоль-пе? Полковник Сергей Иванович Тюльпанов из советской контрразведки строго присматривал за «Tägliche Rundschau». Речь могла идти только о закодирован-ном послании Мюллера для Бормана или некоторых посвященных. Мы узнаем об его значении только тогда, когда русские архивы, наконец, откроются. Но открыть эти архивы значило бы открыть архивы генерала В.С. Абакумова. А от-крыть досье Абакумова значило бы, в свою очередь, открыть досье КГБ, следовательно, тайны соперничества между Абакумовым и Берией, в тот момент, ко-гда Сталин хотел убрать подальше от Берлина маршала Жукова, слишком попу-лярного и в Советском Союзе, и среди западных союзников.
В этот момент мы можем серьезно анализировать роль Гестапо-Мюллера, только помня о том, что происходило на передовых базах СССР в Германии, в особен-ности в берлинском районе Карлсхорст, где Абакумов, «куратор» Мюллера, в ту пору насаждал свою власть.
Если у специальных подразделений НКВД были свои точные цели в момент вхождения в Берлин, то у подразделений, подчинявшихся Абакумову в СМЕРШ, тоже были свои цели. До настоящего времени историки пренебрегали этим ас-пектом, который, однако, имел большое значение в ситуации, сложившейся между Востоком и Западом, так как в тени советских войск — которыми коман-дует маршал Жуков — сразу же начинаются конфликты компетенций и различных точек зрения. У этих конфликтов будет одна жертва и другая, Александр Коротков.
