Но, с другой стороны, все ли так строго и безусловно в политическом анализе Пьера де Вильмареста? Например, там, где он утверждает, будто бы генерал Хайнрих Мюллер, бывший глава Гестапо и, согласно источникам, подлинность которых Пьер де Вильмарест готов письменно заверить, тайный агент ГРУ, бе-жал после войны в Центральную, а затем и Южную Америку, был похищен в 1955 году «чешской командой» и доставлен в Прагу, «где его жизнь стала зави-сеть от результатов его работы на Москву»? Или там, где он указывает на суще-ствование, разумеется, под началом генерал-полковника С. М. Штеменко, направленной против троцкистско-космополитического заговора в недрах цен-тральной власти Советского Союза «антисемитской» группы действия и среди ее членов называет имена маршалов Василевского, Конева, Говорова и адмира-лов Кузнецова и Левченко?
Как бы то ни было, все это крайне важно, хотя оценка и интерпретация, разу-меется, зависят от доктринальных установок, которые у Пьера де Вильмареста и у нас разные — мы с ним охотимся в разных лесах и с разными гончими.
Тем не менее, повторяю, когда Пьер де Вильмарест обращается к разоблачению марксистского проникновения в Великобританию и Соединенные Штаты — например, в блистательной главе «Аферисты, переодевшиеся в гуманистов из Красного Креста» (внутри нее выделим узловой, разъяснительный эпизод, оза-главленный «Амторг: в сердце Уоллстрит»), — это вызывает у нас предельное уважение, ибо мы не можем не надеяться на будущую ориентацию усилий в од-ном направлении и совместную работу, быть может, с использованием всех имеющихся в нашем общем распоряжении средств.
И последнее. Следуя за тем, что в книге Пьера де Вильмареста можно назвать «спектральным анализом» деятельности ГРУ, я стал замечать, что он почти го-тов признать некоторые национальные, традиционалистские и особые военные модальности Абвера, которые, впрочем, имели и имеют продолжение, ибо «высшее ремесло», «ремесло господина» обязывает.
Несомненно, что как внутренняя, так и внешняя антимарксистская работа Абве-ра была и остается в своем роде незаменимой распиской: но не была ли она, говоря мифологически, перелетом с одной высокогорной вершины на другую?
Пьер де Вильмарест цитирует из своего личного, неназванного источника «со-веты Литвинова Берзину и его помощникам»: «Если вы знаете, кто из них внед-ряется в верхи британского общества, внедряйтесь вместе с ними, извлекая вы-году из их прикрытия». И нам также хорошо бы последовать блестящему совету специалиста высокого класса и вновь, словно по спирали, вернуться к культо-вой книге Дениса Уитли «Тоби Джагг, одержимый». Все связано.
Напомним еще раз: предпринятое нами исследование, отталкивающееся от кни-ги Пьера де Вильмареста о ГРУ и содержащегося в ней «спектрального анали-за», подчинено задаче, очень далекой от содержания самой книги. Мы стремим-ся дать определение фундаментального смысла государственных перемен в Со-ветской России. Определение оперативное, пригодное для «прямого действия». Оно, и только оно, поможет нам принять Решение Судьбы, с передовой линии которого мы должны призвать уже новую судьбу, наполненную великими мета-политическими схватками. Новую судьбу, ныне определяющую видимую и не-видимую историю СССР, а затем и грядущую глубинную историю Великого Евразийского континента.
Можно ли утверждать, что такое определение, содержащее в себе страшную тайну новой судьбы и нового восстановления Великого Евразийского континента, уже существует и является руководством к нашему действию? Если да, то каково оно, это контрстратегическое определение, призванное изменить лицо мира и самый смысл истории Европы, истории конца, нашей истории, нашей судьбы, нашей тайной миссии, выношенной в наших сновидениях трагедии, за которую мы боремся?
Об этом я исчерпывающим образом говорил на специально посвященном этой проблеме последнем собрании нашей «базовой геополитической группы», кото-рая, совместно с «базовой геополитической группой № 1», призвала провозгла-сить себя революционным контрстратегическим эпицентром великого движения за европейское и континентальное пробуждение, движения сейсмического, приведение коего в действие должно обозначить метаисторический переход нашего времени во времена новой судьбы.
Так, я выделяю два главных полярных измерения единого геополитического концепта, управляющего нынешней идентичностью и становлением Великого Евразийского континента, тайну его новой судьбы.
Каковы они?
Первое: запущенному Михаилом Горбачевым, самим превратившимся в его «абсолютный концепт», внутреннему движению СССР и социалистического блока к изменениям и самотрансформации драматически — на вершинах «маскировки» — противостоит тайный орден Красной армии и его «полярных групп» под руко-водством маршала Н. В. Огаркова, ушедшего на дно и с 1984 года приступивше-го к «закрытым действиям» («сосланного в тень иерархии», как говорит Пьер де Вильмарест).
