Поэтому сделал все, чтобы наладить этот процесс. Чтобы сначала ей пришла компенсация, а потом и долгожданная операция. Но что точно не входило в мои планы, так это разговор с самой невыносимой пациенткой!
Я прекрасно знал, что она прямая, как палка, и всегда говорит то, что не только думает, но и искреннее полагает, что я должен знать. Но этот ее пассаж про то, что операция без моего исполнения ей не нужна…
— Полина Юрьевна, вы себя ведете как ребенок. Операция вам требуется, в том числе, по медицинским показаниям, и я не вижу ничего такого, чтобы…
— Стрельников, я не лягу под нож другого хирурга, это понятно? — снова повторила она.
И, вроде бы, мне это должно было импонировать. Не каждый день человек заявляет, что ты для него как специалист — единственно возможный вариант, только вот это дурь. Стал раздражаться.
— Полин, я понимаю, что после того, что произошло, ты злишься, но все же!
Она закатила глаза в своей буквально уникальной манере. Мне тут же захотелось надавать этой козе по заднице. Невыносимая женщина! Я же пытаюсь поступить максимально честно в этой ситуации.
— Господи, Стрельников, тебе корона не давит? Или что, ты искренне считаешь, что весь мир крутится вокруг тебя и твоего члена? Ну, переспали и переспали, что тут такого? Что ты истерику развел на пустом месте? Мне не пятнадцать лет, чтобы обижаться, и я вообще ни разу не рассчитывала, что ты меня потом под венец поведешь. Даже имена детям не придумывала. Просто считай, что воспользовалась моментом сделать это… Как сказать, более качественно. Я не злюсь! Да, есть некоторое недоумение по части операции, но на нет и суда нет. А теперь извини, меня ждет моя обычная жизнь без всяких звездных истеричек.
И под мой обалдевший взгляд она реально прошла мимо с видом царицы. Я даже не нашелся что сказать. Так и стоял на входе, сжимая шлем рукой.
— Ты знаешь, брат, я б всерьез задумался над тем, чтобы на такой жениться. Но как я понял, эта красотка занята. К подругам ее, что ли, присмотреться? Они нас так феерично опрокинули в тот вечер…
Резко повернулся и едва ли не застонал. Ну, конечно же. Ромка с Андрюхой, как мы с Тамарой ходили только парой. Тоже со шлемами и в полном обмундировании. Мы договаривались покататься. Рома уже высказал свое мнение, теперь я ждал вердикт Андрюхи. Тот не заставил себя долго ждать:
— Дем, ну, ты даешь! Я, конечно, понял, что что-то ты накосячил, но чтобы так… А Полинка-то огонь-девка! Так тебя опустить — это искусство!
— Мне надо проветриться, — ответил на это я и пошел в сторону своего железного коня.
Я сел на него, не обращая внимания на многозначительные взгляды друзей, почему-то думал не о том, как я попал, и что это значило в масштабах моей жизни, а об одной хрупкой девушке, что цеплялась за меня как в последний раз в нашу совместную поездку.
Черт! А ведь правда, меня еще никогда так изящно не унижали. Она что, серьезно назвала меня истеричкой? И она серьезно использовала меня для того, чтобы я лишил ее девственности? Слов нет.
В то же время чувства были какие-то странные, и я растерялся. Как будто меня поставили на место и корону сняли. Но это же все ерунда! Я один из лучших пластических хирургов в мире и да, я накосячил.
Но, скорее всего, уже через пару дней я снова нырну в рабочие будни и забуду про малиновые соски Полины Юрьевны.
— Поль, а Поль, давай, что ли, сходим куда? Ну, месяц прошел, а ты вообще странная какая-то!
Светка смотрела обеспокоенно. Словно я подсела на турецкие сериалы и ночами не спала, отказываясь возвращаться к нормальной жизни. Вот что они до меня домахались? Буркнула:
— Нормальная я, а тебе надо меньше слушать Маринку.
— Да при чем тут Маринка? — искренне возмутилась коллега, добавив. — Да ты ходишь как приведение уже месяц, даже похудела, хотя и так дрыщ дрыщом.
Закатила глаза. Вот только этого мне не надо! Тоже мне, добродетельницы. Конечно, сначала приятно было, что они столько внимания уделяли моей скромной персоне, но уже недели через две все добрые помыслы и признательность растворились.
— Лето, жара. Ты тоже худеешь. Да и вообще, что вы ко мне пристали? Хорошо все у меня.
— Угу, как же! Даже начальница заметила, что ты слишком много работать стала. Она, конечно, за продажи рада, только в предыдущие годы за тобой такого остервенения не замечалось. Заедаешь стресс работой?
И смотрит на меня такая, как будто в голову пролезть хочет. Послала ее. Ну, так, цивильно и чтобы не обидно было. Светка отстала. Как минимум на этот вечер.
А я решила, правда, после работы пройтись и прогуляться. Настроение после выноса мозга было отвратительным. Да что уж греха таить, оно весь последний месяц не отличалось ничем положительным.
То меня все бесило, то раздражало, то накатывала отвратительная апатия. Я сама знала, что так и не отошла ото всей этой истории с грудью.