— Смысл не в том, чтобы победить, — она поморщилась, потерла плечо, куда пришелся последний удар. — Никак в форму не вернусь. И Кузя, кажется, все время недоволен…
— Меня больше удивляет, что он эту группу всерьез решил учить, — тихо сказала Таша. — Говорил же, что семейные секреты никому не расскажет.
— Поверь мне, — Алена как-то странно улыбнулась. — Они еще даже не начали заниматься. Кузя смотрит, хватит ли им сил, чтобы по этому пути пройти. Если он их учить станет, то ему просто времени ни на что другое не хватит. Я, если честно, пару раз на волоске была от серьезной травмы. Хорошо, что Кузьма всегда рядом и смог вытащить. До сих пор помню это чувство, как будто вот-вот изнутри взорвусь как граната на сотни маленьких осколков. А он меня за руку взял и внутри все успокоилось.
Алена посмотрела в сторону Кузьмы так, что Ташу кольнуло неприятное чувство.
— Понятно, — кивнула Таша. — А ты тоже полтора часа броню могла удерживать?
Алена отрицательно покачала головой.
— Мы эти два этапа перескочили.
— Смотри, — Таша показала на красивую черноволосую девушку, которая тайком смотрела на Кузьму. — Взгляд хищный, как будто она на охоту вышла и ждет удобный случай, чтобы наброситься на него.
— У них через одну такой взгляд, — согласилась Алена.
Таша этого пока не замечала, хотя от нее не ускользнуло, что девушки в группе подобрались красивые и стройные. Да и парни были им под стать. В колледже, в ее классе, мальчишки были какими-то невзрачными и скучными, а здесь — сильные и мужественные. Сообщение о предстоящем турнире всех взбудоражило, и дружная группа в одночасье превратилась в стаю голодных хищников. Таша не могла почувствовать, занимаются они или нет, но все сидели подальше друг от друга, и перешептывались. Кто-то кивал, слушая голос в наушнике, кто-то, напротив, что-то говорил.
— Кузьма, как и вчера залипнет до вечера? — спросила Таша.
— Он тренируется. Очень усердно, в отличие от нас.
— Может, сходим куда-нибудь, пока он занят?
— И оставим его наедине с… ними? — Алена обвела взглядом девушек, собравшихся вокруг него. Задержала ненадолго взгляд на Кате Хованской. Та была поглощена планшетом, что-то читала, делала какие-то заметки, слушая Кузьму вполуха.
— Надо тогда уголок отдыха в зале делать, — протянула Таша, задумчиво разглядывая помещение. — Пару кресел, столик для чаепития, полку книжную, чтобы уроки делать.
— Скажи еще телевизор, — Алена рассмеялась, приобняла ее за плечи. — Слушай, мне Кузя не разрешает за территорию МИБИ выходить, может купишь мне электронную книгу? Говорят, такие продаются, и они почти как настоящие, только как планшет.
— Мне папа тоже запретил выходить, — поморщилась Таша. — Можно заказать через интернет, но лучше я Кирилла попрошу. Он разбирается и купит хорошую. Слушай, а давай Кузьму уговорим на выходные по магазинам прошвырнуться?
— Давай, — согласно закивала Алена. — Пойдем, ноги гудят, надо посидеть пару минут. Если тебе скучно…
— Мне не скучно, — быстро сказала Таша, немного слукавив. С прошлого раза она успела подготовиться и захватила с собой пару учебников и тетрадку. Без стола заниматься неудобно, но можно было полежать на матах и даже соорудить из них импровизированное кресло.
Кузьма как раз закончил что-то объяснять своей группе и удобно устроившись на полу, ушел в себя. Так и не скажешь, что это преподаватель. За группой совсем не следит, словно ему все равно, что и как они делают. Собственно, иностранцы должны были заниматься до обеда, но всегда задерживались в зале лишний час.
Почувствовал легкое головокружение, словно недомогание, Таша поспешила к своей сумке. «Как не вовремя», — немного испуганно подумала она. Мимолетная тошнота давала надежду, что все обойдется. Усевшись рядом с сумкой, она попыталась занять удобное положение, слыша, как голоса и звуки вокруг становятся ниже, переходя в легкий гул. В следующую секунду все звуки словно оборвало, погрузив мир в непроницаемую тишину. Бегло замерцали лампочки дневного освещения. Одна из студенток, наклонившаяся к парню в дальнем конце зала, так и замерла в неудобной позе. Мир погрузился в очень густую смолу.
Таша мысленно вздохнула, пытаясь взять себя в руки. «Случилось не первый раз, ты уже привыкла, — успокаивала она себя. — Это скоро пройдет». Сложнее всего было бороться с удушьем. Когда ты застыл на вдохе или выдохе, силясь закончить его, кажется, что воздуха в легких не хватает и накрывает паника. Но с этим Таша научилась справляться, в отличие от невозможности моргнуть. В непроницаемо тишине она привычно затянула популярную прилипчивую мелодию. Мотив и слова достаточно нейтральные, чтобы не надоели после нескольких сотен повторений. Когда накрывало не очень сильно, Таша читала стихи или вспоминала недавно просмотренный фильм. В противном же случае в голове не оставалось места, кроме простенькой мелодии, чаще с иностранными словами.
