— Сегодня приедет последняя пара, — сказала Катя, протянув мне желтую папку с досье. Именно такие показывают в фильмах про шпионов, где на обложке крупными красными буквами отпечатано «Совершенно секретно».
— Договорились, значит, — я улыбнулся, — а мне отдуваться.
В папке лежали две подшивки по три листа. К каждой крепилась небольшой квадратная фотография. Высокий и крепкий парень с почти квадратными скулами и очень серьезным выражением лица. Красивая девушка, подтянутая, с короткой светлой прической. Кадеты одного из самых престижных учебных заведений Соединенных Государств Америки. В названии «Военно-подготовительная и воспитательная», что говорило о многом. Организация частная, но по факту жестко контролируется правительством. Туда попадает самая перспективная молодежь страны, не входящая ни в один клан. Мечта американского подростка, в котором проснулась сила. Обучение там строгое, не все его могут выдержать как в физическом, так и в моральном плане, но выпускники очень часто занимали высокие посты и должности как в армии, так и в спецслужбах. Сказал бы, что это особый клан СГА, самый крупный и богатый, носивший негласное название «правительство». Но я в кухню Америки не лез и особо не разбирался, что там и к чему. Так, слышал рассказы и байки наемников.
Пробежав взглядом по необычно подробной характеристике, закрыл папку и убрал в стол. Пусть полежит.
— А еще сегодня открывается регистрация на новогодний турнир, — напомнила Катя. — Один из трех крупных турниров МИБИ. Полугодовая аттестация. Студенты проверяют силу и оценивают, настолько выросли за первые полгода. На форуме появился спор, насколько хорошо себя покажет группа Укрепления тела. Вспомнили, что прошлый турнир прошел не совсем удачно.
— Значит, надо сделать что? — посмотрел я на нее.
— Отказаться от участия в турнире, чтобы досадить как можно большему числу людей и вызвать лавину критики, упреков и насмешек.
— Молодец, — похвалил я.
— Только в деканате сказали, что новая группа должна участвовать. От нее не ждут больших результатов, просто…
Она замялась, словно сомневаясь говорит или нет. Я вопросительно посмотрел на нее.
— Скорее они хотят поднять мораль и самооценку студентов за ваш счет, — закончила Катя. — Ты говорил, что Кристофер и Индра хорошо выступят, но они проиграли.
— Потому что Лу Ханя практикуют, а это такая шляпа в поединках и соревнованиях, что проще вообще не участвовать. Вопрос в другом, ты видела, как дрался Индра? То, что он проиграл, удивительно и забавно.
— Что именно тебя забавляет? Только из любопытства, — она подняла руки, как бы говоря, что это был самый обычный вопрос, без подтекста.
— Значит, они хотят поднять самооценку за мой счет, да? Говорил же, что местные турниры — баловство и показуха. Ладно, посмотрим. Девушки задерживаются, — я посмотрел на часы, висевшие над дверью. — Занятие через сорок минут, а мы еще не завтракали.
Мы отдыхали в клубной комнате уже минут двадцать. Я привык, что после тренировки все собираются здесь, а не в столовой. Слишком много шума, когда я там появляюсь по утрам. Поэтому девушки договорились и теперь сами готовят завтрак, каждая на свой манер, и мы неспешно кушаем, делимся планами на день. Руководство института запрещает подобную практику в клубных комнатах, чтобы не отвлекать других студентов запахами еды, но скрепя сердце пошли нам на уступки, видя какой бардак происходит в столовой. Из-за этого мне приходится идти на обед часа в два дня, когда там более или менее тихо.
Дверь открылась, впуская сестер Цао. Первой вошла Сяочжэй, растирая раскрасневшиеся от мороза щеки. В шубке и пышной шапке она выглядела очень смешно. Следом вошла Чжэнь, неся большую квадратную сумку-термос. Две снегурочки прямо из Китая.
— Метель, — сказал на русском Сяочжэй. — Пурга, холодно.
Кстати, русский язык принцессе давался легко. Она уже знала пару сотен слов, только пока могла использовать их по отдельности. Когда пыталась связать, получалось очень смешно. Чжэнь тоже учила русский, но давался он ей хуже. Пока они снимали шубки, пока отогревали руки у батареи, появилась остальная компания. Первой вошла Алена, затем Таша и сестры Юй.
— Опаздываем, опаздываем, — подгоняла всех Таша, обернулась, бросила взгляд на часы.
У студентов, в отличие от преподавателей, своей кухни в общежитии не было, поэтому девушки объединились и занимали кухню у нас. Еще одна головная боль и долгие разговоры с комендантом, выбивая разрешение. Катя единственная, кто не участвовал в утреннем кулинарном соревновании. Говорила, что готовить у нее пока не получается. Да и успевала она позавтракать, всегда отказываясь, сколько я не предлагал. Нальет чаю и пока мы кушали, сидела на диванчике, листая что-то в планшете. Думал девушки будут возмущаться тем, что Катя каждое утро приходит в клубную комнату одна из первых и «мешает» им завтракать, но никто ничего не говорил. Даже обидно, ведь я приготовил аж три хороших ответа, но либо они меня просчитали, либо пока не хотели затевать ссору.
