— Предупреждаю тебя, не лезь не в свое дело, — хмуро сказал парень. — Иначе пожалеешь.
— Не страшно ни разу, — коротко улыбнулся я. — Ты для начала представься, сын верблюда, озвучь претензию, а уже потом угрожай. Когда делаешь это в обратном порядке, тебя сложно воспринимать не как клоуна.
Он стиснул зубы, раздул ноздри и принялся сверлить меня злобным взглядом. Ему понадобилось меньше минуты, чтобы прийти в себя и вернуть прежний очень спокойный вид. Может, прием специальный использовал, до десяти в уме досчитал или еще что-нибудь.
— Ты очень сильно об этом пожалеешь, — сказал он. — Очень сильно. Обещаю.
— Поживем увидим, — нейтрально отозвался я. — Только зря ты такими словами разбрасываешься, тем более среди уважаемых людей. Тебя ведь могут воспринять всерьез.
Араб хотел еще что-то добавить, но в этот момент к нашему столу подошел Джордж Грэй в компании двух незнакомых мне мастеров из Италии, наверняка нанятых для поддержания порядка на аукционе.
— Господин Рашид бин Саид, скоро начнется аукцион, поэтому прошу Вас покинуть зал, — сказал Джордж, обращаясь к парню и делая жест в сторону выхода.
— Никаких неприятностей, мистер Грэй, — улыбнулся парень. — Мы пришли сюда исключительно ради азартных торгов и хороших товаров. Мы лишь поздоровались с другими гостями. Где наш столик?
— К большому сожалению, Вы нарушили правило торгового дома Хантов, не решать на нашей площадке личные проблемы, — вежливо сказал Грэй. — Ваша клубная карта аннулирована, поэтому прошу покинуть аукцион.
Джордж посмотрел на одного из телохранителей арабов, словно хорошо его знал. Тот едва заметно кивнул и наклонился к уху парня, что-то сказав. Господин бин Саид помрачнел, бросил на нас испепеляющий взгляд и гордо удалился. Джордж кивнул помощникам, чтобы проводили гостей.
— Прошу простить за этот инцидент, — сказал нам Джордж. — Я должен был среагировать раньше.
— Ничего страшного, — ответил я. — Вы подоспели в самый нужный момент.
Джордж Грэй кивнул и удалился в сторону служебных помещений.
— Теперь попробуй останови слухи, что Кузьма поссорился с арабским принцем, — проворчал я.
— Видел много идиотов, — сказал Алан, глядя в сторону выхода, — но этот самый тупой из всех.
— Вы знакомы? — спросил я. — Мне показалось, что ты их узнал.
— Я пересекался с телохранителем парня, только он это вряд ли помнит. Он тогда занимался зачисткой бедуинской деревни и у меня к нему остался должок.
— Да, мир тесен, — улыбнулся я. — Порой даже удивляешься насколько.
В этот момент на сцену аукциона вышел ведущий, объявляя торги открытыми. Из его речи стало ясно, что торговый дом сегодня представлял большую коллекцию всевозможных артефактов и украшений. Среди прочего были старые свитки, вывезенные из древнего Египта еще во время Наполеона, каменные таблички из Перу и Эквадора. Почти все лоты, так или иначе, были связаны с силой, но представляли лишь историческую ценность. Первую часть аукциона будет закрывать как раз африканская маска, а все полезные и современные техники начнут продавать во второй части.
Торги начались вяло, собравшихся старинные украшения и высохшие пергаменты интересовали мало. Только пара лотов удостоилась того, чтобы за них активно торговались. Я в это время разглядывал гостей и откровенно скучал. Что-то подсказывает, что представители культа черепа в зале есть, только примечательные колечки предусмотрительно сняли. А из-за обилия мастеров вокруг, выделить кого-то одного и проверить, насколько у него крепок доспех духа, было практически невозможно.
От раздумий меня отвлекло оживление в зале. На сцену выкатили тележку со стеклянной витриной, внутри которой находилась знакомая вытянутая маска.
— Древний артефакт, категории «S», — громко объявил ведущий. — Слоновая кость, черное дерево, ручная работа. Рунические надписи на обратной стороне.
На экране за ведущим показали фотографию непонятных символов на внутренней стороне маски.
— Руны содержат знания об уникальной разновидности доспеха духа…
Дальше шло небольшое описание, повторяющее мои слова, произнесенные на полигоне. Показали короткое видео, где я устоял во время взрыва. Затем момент, когда мастер пытался проткнуть мне ладонь стилетом. Со стороны выглядело внушительно. Последняя демонстрация, кстати, вызвала наибольшее оживление в зале.
— Стартовая цена — сто пятьдесят миллионов, — объявил ведущий, посмотрел на стойку, где скрывался планшет с информацией. — Есть первая ставка! Пятьсот миллионов от госпожи Цао!
Зал зашумел, а я перевел вопросительный и немного удивленный взгляд в ту сторону.
— Пятьсот пятьдесят… шестьсот, — ведущий жестом указал молоточком в нашу сторону, целясь в столик, за которым сидел Разумовский.
— Вот, — я наклонился к Алану. — Зря переживал, деньги будут. После торгов во время перерыва поговорим с мистером Хантом, чтобы из суммы сделки тебе перевели нужную часть. Точная сумма какая?
— Сто четыре, триста, — сказал он, глядя в сторону ведущего. Сумма уже добралась до семисот миллионов и повышалась уже не так быстро. — Это вместе с последними процентами.
