прямо на девятой улице, Я бы пригласила тебя с собой, но это место для тех, кому двадцать
один и выше.
Если она еще немного похихикает и повизжит, то превратится в собачонку. Я
пообещала себе никогда не вести себя так, как бы меня не привлекал Мози или любой другой
мужчина.
- Нет, она не замужем. Она поддерживает всю свою семью. Я не совсем уверенна,
думаю, они где-то в Мичигане.
Спасибо, твою мать, огромное Дженнифер! Продолжай давать личную информацию
обо мне преступнику, чтобы он мог появиться у моей двери с ножом в руках. Секундочку. Он
что, ищет информацию? На меня?
Я быстро наношу красную помаду на губы, а затем толкаю дверь ванной комнаты,
надеясь, что она не заскрипит. Затем я позволяю ей захлопнуться со всей силы, и цокаю
каблуками по плитке, чтобы мое появление стало болезненно очевидным.
- Здравствуй, Дженнифер. Мози. - я киваю им обоим и хватаю свою шаль, как
спасательный круг, заставляя лицо растянуться в чудовищно зловещей улыбке. Чувствую, что
переигрываю. Улыбка должна быть естественной, а не защитным зонтиком, которым я машу
перед лицами людей и пугаю их до чертиков. Я должна немного поработать над своим лицом.
- Эй, Док, - Дженнифер улыбается в ответ, выглядя при этом, как виноватый кокер-
спаниель. - Ты должна проверить сегодняшнюю работу Мози. Он реально сделала что-то
невероятное.
Они оба выглядят испуганными. Наверное, у меня помада размазана по всему рту и
зубам.
Дженнифер снова улыбается и изворачивается, потому что чувствует вину за то, что
говорила обо мне за моей спиной – за наслаждения моментом, чтобы сделать из меня суку. Но
на Мози это не действует, или, по крайней мере, я не вижу его вины. Он просто пялится и
пялится, его взгляд проникает сквозь меня пытаясь добраться до нефтяных месторождений
или до Китая. Он заставляет меня трястись и похоже я способна вызвать в нем лишь
небольшое колебание.
- Я посмотрю в понедельник. Меня ждут люди, - я перевожу взгляд на Мози, молча
принимая его вызов. - Ты идешь с нами сегодня вечером? - спрашиваю я Дженнифер, зная
что она будет держаться в стороне.
- Я уже собиралась закрываться. Вообще-то, мои родители сейчас в городе.
- Ну, ладно, так всем хороших выходных, - говорю я им, словно обращаясь к толпе. Я
машу им ручкой и, злясь, иду к лестнице.
Я наполовину спустилась вниз, когда Мози схватил меня за плечи. Я разворачиваюсь,
чтобы встретиться с ним лицом к лицу. У него жесткий взгляд и он смотрит так, словно хочет
драться. Он так чертовски красив, что мне почти больно смотреть.
- Я говорила тебе никакого панибратства. Постарайся держать свои руки при себе! -
говорю я, выбрасывая невысказанные между нами обвинения.
- Кто такой Гуннар? Кто-то, с кем ты встречаешься?
- Прошу прощения? - выплевываю ему в ответ, и я злюсь, что он был так любопытен.
Все стало двигаться в плохом направлении. Я должна взять перерыв. - Я ценю живопись, Мози. Но это то место, где я говорю тебе, что любые твои планы, которые ты, возможно, хочешь применить к кому-нибудь, кто работает здесь выведут тебя прямиком вон из этого
здания.
- У меня нет никаких планов.
- Дженнифер твой руководитель.
- А кому какое дело до Дженнифер?
Не могу сделать что-либо еще, чтобы не поставить себя в неловкое положение. Я
тяжело дышу от того что мы оба так близко стоим друг к другу.
- Так давай просто назовем это первой неделей, и, начиная с этого момента, держи это
при себе, пока тебя не изменили наказание или не оправдали в суде. Это самый лучший совет, который я могу дать тебе. Учитывая, что это твое последнее предупреждение, - шепотом
кричу ему, и я осведомлена, что это все записывается нашей системой безопасности.
- Почему со мной ты не можешь быть самой собой? - спрашивает Мози, выглядя
несчастным. - Я просто хочу узнать тебя. Ты мне действительно нравишься, но ты как Форт
Нокс. Ты даже не позволяешь мне быть с тобой милым.
Он прав, и это заставляет меня вздохнуть и, сдаваясь, опустить плечи. У него
прекрасная интуиция, но это по-прежнему ничего не меняет. Я хочу быть честной, но я
должна быть очень и очень осторожной. Я не могу поощрять его, неважно насколько
правильным кажется быть рядом с ним или насколько мне это нравится.
Я сажусь на ступеньку и хлопаю по месту рядом с собой. Мози приседает широко
расставив ноги и облокачивается на перила.
- Я из Детройда, Мози. Штат Мичиган (Michigan), - говорю я, пытаясь покрутить
головой, пока говорю это. - Я слышала, что ты спрашивал.
- Me chingan, - Мози улыбается.
- Что?
- Мексиканская шутка.
- Моя семья состояла и состоит из иммигрантов. У моих родителей нет работы. Она
была у них, но они потеряли ее. Я довольно сильно поддерживаю их обоих и мою бабушку, которая теперь нуждается в почасовом уходе. Мой брат с ними, но на самом деле его нет – он
никогда не был ответственным. У меня русская семья, но они очень старомодны. Я могу дать
тебе миллион объяснений по этому поводу, - говорю я, рассматривая свои кутикулы.
- У тебя русская семья и поэтому ты не можешь быть со мной самой собой?
