В описании пространства Беда выходит за пределы рекомендаций «Риторики к Гереннию». Так же, как история Небесного Града у блаж. Августина включает в себя краткую историческую справку о землях, по которым странствует его население[382], текст «Жизнеописания» содержит различные географические названия. Беда не ставит себе задачу описывать места, связанные с жизнью и деятельностью его героев, ибо для этого существуют «географические трактаты» (с. 725), он только упоминает их. Мы встречаем у Беды названия многих городов, земель, рек, моря, которые везде равно называются «океан». Только по контексту можно догадаться, где герой пересекает водное пространство между Британией и Галлией (современный Ла-Манш), а где корабль несет его по Средиземному морю. Описываемое Бедой пространство обширно. Оно охватывает большую часть Европы. Если посмотреть на него из любого места, принятого за центр (для Беды таких мест два: Рим и его монастырь), оно определяется как «пределы Римского мира» (с. 717). Иногда автор выбирает в качестве центра свой монастырь и оглядывает пространство из-за его стен. В этом случае он видит «заморские страны» (с. 717) или свою родную Британию.
Пространство «Жизнеописания», как бы помещенное между двумя центрами — монастырем и Римом, — преодолимо. Герои Беды все время двигаются: пересекают на кораблях реки (с. 726) и моря (с. 715, 727), едут верхом (с. 726), больные путешествуют «на конных носилках» (с. 730).
Прибыв в Рим, который чаще всего является целью их путешествия, они «вновь ходят пешком» (с. 715) по городу. Путешествуют и посланники, а не только главные герои. Так, решение о том, что выборы нового настоятеля после отъезда Кеолфрида будут предприняты через три дня, посвященные посту и молитве, было сообщено братии монастыря св. Павла двумя группами посланцев:
через тех, которые присутствовали (на проводах Кеолфрида), а также и некоторых своих братий (с. 727).
Британия упоминается Бедой в тексте «Жизнеописания» довольно часто, но для читателя она остается лишь географическим названием, кроме местности, прилегающей к монастырю.
По ходу повествования упоминаются три ее области: Кантия, королевство Западных Саксов и Нортумбрия. Как уже говорилось выше, нортумбрийские названия встречаются в связи с местоположением монастыря. Интересно, что в тексте «Жизнеописания» нет упоминания Кентербери, где находилась кафедра архиепископа. Когда Бенедикт Бископ возвращается в Британию, сопровождая Феодора, новопоставленного архиепископа Кентерберийского, и его спутника Адриана, то о путешественниках говорится, что они «прибыли в Кантию» (с. 716). Феодор «взошел на архиепископский престол» (с. 716). Кантия и ее главный город, Кентербери, уравниваются. Кантия как область Британии становится символом архиепископской власти. Подобное произошло с Римом. Однако, если Рим стал символом Вселенской Церкви, то Кентербери, символ архиепископской власти в Британии, у Беды был вытеснен названием всей области, Кантии.
Если путешественник отправляется в Рим, то, пересекая «океан», он попадал в «заморские страны» (с. 717). Беда не дает подробного описания маршрута, которым обычно пользовались паломники, но по упоминаниям отдельных городов можно заключить, что это был обычный путь, начинавшийся на галльском берегу современного Ла-Манша, в городе Квентовик (недалеко от Кале), и проходивший через Вьенн до Марселя. В «Жизнеописании» Беда упоминает античное название «Галлии», Когда Бенедикт Бископ ищет каменщиков, чтобы построить церковь «по обычаю римлян, который он всегда любил» (с. 716), он «пересек океан и устремился в Галлию» (с. 716). Связи между Галлией и Британией исторически были прочны. События V века, когда коренное население Британии, кельтское племя бриттов, было большей частью изгнано переселившимися в Британию англосаксами и бежало в Галлию, еще больше их упрочили. Спустя почти двести лет Бенедикт, англосакс, христианин, несколько раз пересекает Галлию, направляясь в Рим и возвращаясь обратно, и предпринимает как минимум два путешествия специально в эту часть Европы, покупая для монастыря «украшения или покровы» (с. 717). Неоднократно он приглашает из Галлии мастеров, за каменщиками едет сам, а за стекольщиками «послал доверенных людей» (с. 717).
