«Главное, что я добрался», – подумал Тис и пошел по дороге к крепостным воротам, чувствуя, что упругие линии и преграды, рвутся при его приближении словно паутина в Бейнском лесу, смыкаясь у него за спиной. Чем они могли его напугать? Какие испытания предложить? Что значила посылаемая ими боль на фоне той боли, что он испытывает каждую секунду? Никак не увеличение страданий, а лишь облегчение, облегчение, облегчение…
Крепостные ворота открылись при его приближении. Его ждали трое. Сухой светловолосый воин-ветеран, крепкая черноволосая красавица-воительница и высокий старик с маленькой бородкой, похожий на замершую над прибрежным тростником цаплю.
– Я Домхан, – сказал воин. – Начальник стражи этой крепости. Ты в Приюте Окаянных, сынок. Надеюсь, ты шел именно сюда.
– Я Крайса, – прищурилась красавица. – Ты первый раз здесь? Как-то слишком легко ты прошел для первого раза.
– Я Тис, и прошел я нелегко, – прошептал он и посмотрел на старика, который словно окаменел. – Ты Гантанас?
– Не может быть, – прислонился к стене крепостного коридора старик. – Голос. Глаза. Скулы. Не может быть… Я искал ее двенадцать лет. Неужели… Неужели… Ты сын Мэтт? Где она? Где?
– Ее убили, – прошептал Тис и заплакал.
Когда незнакомый мальчишка, вопреки ожиданиям ни разу не споткнувшись, прошел весь путь от дома Тида до ворот крепости, девчонки словно опомнились. Недовольно косясь на Айрана, они торопливо упаковали трубу в чехол, бросились вниз по южной лестнице и не угадали. У входа в обеденный зал их уже ждала Сиона, из-за спины которой конечно же выглядывала Фаола и старательно показывала подружкам язык.
– А я вас как раз жду, – остановила троицу староста.
– Мы спешим! – выдохнула Гаота.
– Успеете, – улыбнулась Сиона. – У меня для вас поручение от Гантанаса.
– Да! Успеете! – снова высунула язык Фаола.
– Фаолу нужно побить, – прошипела сквозь зубы Дина.
– Нельзя, – прошелестела Йора.
– Почему? – не поняла Дина.
– Она одна, а нас трое. Это нечестно.
– Да она… – задохнулась от возмущения Дина.
– Какое поручение? – вытерла рукавом пот со лба Гаота.
– Вы же на новичка бежали посмотреть? – спросила Сиона. – Можете не спешить. Вместе с Гантанасом и Хилой они уже поднимаются по северной лестнице в лекарскую. И уж во всяком случае до завтрашнего дня к нему никого не пустят. Но кое-что я узнать успела. Его зовут Тис. Ему почти одиннадцать, считайте, что он ваш ровесник. И он прошел все четыре предела, не поклонившись ни одному из них.
– Мы это и сами видели! – не выдержала Дина и тоже показала язык.
– Мало ли, – скорчила гримасу Йора. – Может, он не первый раз в Стеблях, Юайс тоже не поклонился ни одному пределу.
– Какое поручение от Гантанаса? – сдвинула брови Гаота.
– Два поручения, – улыбнулась Сиона. – Первое заключается в том, что сегодня вы все трое помогаете мне и Фаоле на кухне. Не весь день, а только в обед. То есть – в ближайший час. Хила занята с новичком, нужно, чтобы кто-то ее заменил.
– Но сегодня же свободный день! – скривилась Дина. – И мы снег с утра чистили! И не наша очередь помогать на кухне!
– Можешь высказать все это Гантанасу, – отрезала Сиона, но тут же снова улыбнулась. – Но я не буду вас долго мучить, завтра Гантанас снимает вас с занятий. На весь день. Но зачем и почему, вы узнаете у него самого. Через пару часов после обеда он ждет вас.
– У себя? – спросила Гаота, затаив дыхание. После не столь уж давнего случая, когда в один день случилось и исцеление больной ноги Брайдема, и возвращение в руки Гаоты материнского меча, ни она, ни ее подруги не бывали в обиталище Гантанаса под крышей дома наставников, и все последние недели Гаота жила с ощущением, что толком и не рассмотрела богатства, разложенные по полкам и развешанные по стенам в логове старика. Впрочем, до того ли ей тогда было?
– Нет, конечно, – удивилась Сиона. – С чего бы это ему запускать в свое гнездо ваше стадо? Вы же там обязательно натопчете, намусорите и чего-нибудь разобьете. Радуйтесь, что Гантанас не знает, что творится в вашей комнате. Так что – наставления отдельно, жилье отдельно. Он будет ждать вас у себя в классе. На третьем ярусе северной башни.
– И что он нам скажет? – надула губы Дина.
