Тот день завершился стремительно, куда быстрее, чем тянулся с утра. Юайс сам познакомил Тиса с его соучениками уже на ужине. Привел его в трапезную и поочередно представил всех сидящих за длинным столом, называя по именам и шутливо представляя каждого, не обижая, но посмеиваясь по-доброму. Представил Джая, которому «нельзя давать зеркало, потому что, поглядев в него, он непременно влюбится сам в себя». Окликнул Флича, которому можно давать зеркало, но нельзя давать слишком много свитков, иначе он умрет с голода, вряд ли удастся его заманить в трапезную, пока он не разберет их до последней буквицы, дабы превзойти всех и вся. Непростое это дело – стараться знать больше, чем знает сам наставник, не иначе в наставники нацелился трудяга Флич. Про Брока он сказал, что злее Брока нет никого в этой компании, поскольку добр обычно сытый человек, а Брок никак не может наесться, что вызвало общий хохот, потому что Брок как раз припрятывал лишние пять пирожков в холщевую сумку и был, безусловно, самым настоящим добряком. Шустрый Мил удостоился прозвания самый опасный ученик, поскольку его шалости опасны, прежде всего для него самого, конечно, если к нему не приближаться, но, – на этом месте речи Юайса Мил напрягся, – он никогда не нападет сзади. Поэтому следует просто держать его в поле зрения, и будешь жив и здоров. Про Бича Юайс сказал, что тот слишком серьезен и обстоятелен, чтобы над ним можно было подшучивать, но заручившись его дружбой, можно шутить о ком угодно, даже о Гайре, который легко предсказывает, что произойдет с кем-нибудь через минуту, кроме того, что произойдет с ним самим, так что лучше всего или шутить о Гайре, или советоваться с ним, стоит ли шутить о ком-нибудь еще.
Олк, который мрачно покачивал головой и единственный не заливался хохотом во время пространной знакомственной речи Юайса, скривил губы в довольной усмешке, когда услышал, что он настолько хочет казаться серьезным, что без сомнения сам уже поверил в собственную серьезность, и что ему следует слегка умерить старания, а не то из него выйдет кто-то вроде наставника Бейда, а иметь двух Бейдов не сможет себе позволить даже Приют Окаянных.
Представляя девчонок, Юайс сразу же признался, что главная загадка Приюта Окаянных не таинственные четыре предела на его входе, а каким образом удалось собрать в одном месте стольких красавиц, и смотритель Брайдем явно не просто так устроил это заведение за высокими стенами, по-другому и красавиц не сохранить, и от отвергнутых некрасавиц не укрыться. Далее Юайс с поклоном поведал, что если бы Сиона была чуть постарше, то она несомненно стала бы одной из наставниц, но для каждого в этой компании староста куда серьезнее наставника, поскольку наставник не может поджарить какого-нибудь олуха ударом молнии, а староста – легко и, что важно, ей ничего за это не будет. Насчет Фаолы Юайс заметил, что у нее зоркий глаз и длинный язык, но не в смысле болтливости, а в смысле длины. И если она его показывает, это не для того, чтобы позлить, а чтобы потренироваться, потому как иметь самый длинный язык очень непросто. Мисарта заслужила почтительные слова Юайса об ее каменном спокойствии и неослабевающем внимании, что несомненно поможет ей, когда школяры доберутся до природных минералов и хищников. Йока, которая застенчиво теребила косички, ожидая собственного прославления, прыснула, когда Юайс прижал руку к груди и пообещал, что если она еще лет пятьдесят будет оставаться самой аккуратной и самой послушной девочкой, он непременно наймется к ней в охранники или кучеры. Про неразлучную троицу Юайс хотел было что-то сказать, но запнулся и прошептал, что этих девочек Тис знает уже и сам, а он, Юайс, шутить про них не будет, потому что трое против одного это слишком много даже для наставника по противостоянию. Сам же Тис был охарактеризован им просто – он такой же, как и все. То есть, Юайс стал загибать пальцы – у него длинные волосы, как у красавчика Джая, он столь же настойчив, как Флич, почти так же серьезен, как Олк, не менее зол, чем Брок, и никогда не нападет сзади, как и Мил. В то же время, – Юайс на мгновение задумался, – надежен как Бич, но куда предсказуемее Гайра, поскольку имеет дело с настоящим, а не с будущим. Что касается девчонок, то Тис, пожалуй, мог бы помериться обстоятельностью с Сионой, зоркостью с Фаолой, спокойствием с Мисартой, аккуратностью с Йокой и неотвратимостью с закадычной троицей, если бы… – Юайс снова запнулся и, взглянув на Тиса, добавил, – если бы захотел. Приятного аппетита, друзья мои. Вот твое место, Тис. Хотя, ты можешь сесть за любой стол. Приют Окаянных только начинает наполняться школярами. Мест все еще полно.
