Оказавшись снова в Сакраменто, он еще раз отправился в Сьерра-Неваду, решив составить карты наиболее рационального прохода через горы н точную смету необходимых расходов. Он оставался там так долго, что чуть было не попал в снежную ловушку. Джюда спустился в Датч- Флат (Голландскую равнину), центральную точку своего пути через предгорья, разложил свои схемы и выкладки на прилавок аптеки доктора Дэниэла Стронга, где и составил «Статы! положения об ассоциации Центральной Тихоокеанской железной дороги Калифорнии». По его расчетам, требовалось проложить сто пятнадцать миль железнодорожного полотна для соединения Фолсома с Невадской линией через хребет Сьерра-Невады. Поскольку калифорнийские законы предписывали обеспечение 1000 долларов акционерского капитала каждой мили железнодорожного полотна для начала работ, Джюде необходимо было собрать 115 000 долларов у своих акционеров, прежде чем приступить к отсыпке насыпей.
«Статьи положения…» «передавались из рук в руки по селениям Голландской равнины». Джюда и его друг аптекарь доктор Стронг подписались на большее число акций, чем они могли позволить себе, а маленький городок и его окрестности - на сумму 45 000 долларов, выразив тем самым свое доверие к инженерным способностям Джюды. Теперь, когда для начала работ не хватало всего 70 000 долларов, Джюда отправился в Сан-Франциско для встречи с толстосумами города. Он заверил измученную жцзныо в гостиничных номерах жену, что теперь наступил конец их трудностям.
В гостиницу он возвратился с дрожащими губами, но горящими от гнева глазами и воскликнул, давая выход горечи и разочарованию:
«Энн, запомни то, что я тебе сегодня говорю: не пройдет и двух лет, как эти джентльмены… будут готовы отказаться от всего, что они надеются Получить от всех остальных дел, лишь бы вернуть то, от чего они сегодня отказались!»
Пророчество это по точности не уступало инженерным расчетам Джюды.
Джюда и Энн снова упаковали свои вещи и утренним рейсом отплыли в Сакраменто. Сакраменто получил бы огромную выгоду от железной дороги, однако пять лет город относился к Джюде с безразличием и враждебностью. Человек отважного сердца, он уговаривал людей, сколачивал из них группы, демонстрировал им свои схемы и отстаивал идею связать Калифорнию с Востоком дешевой и надежной транспортной линией. Считая, что ему удалось набрать достаточно сторонников, Джюда созвал собрание в отеле «Ссит-Чарлз».
Пришло всего лишь несколько любопытных. Он возобновил свои усилия найти заинтересованных и собрал второе собрание в комнате над лавкой скобяных товаров, принадлежавшей Коллису П. Хантингтону н Марку Хопкинсу. Собралось около дюжины человек. Среди них были доктор Стропг, топограф Лннт, который, кажется, помогал Джюде прокладывать трассу, два брата Рэйбэп, считавшие себя специалистами по кредитованию железных дорог, местный ювелир Джеймс Бэили, Люциус Бут и Корнелиус Коул - владельцы дома, где Джюда снимал комнату, Хантингтон и Хопкинс, бывший юрист, а ныне бакалейщик Лилэнд Стэнфорд и галантерейщик 11арлз!?рокер. «Аптекарь, ювелир, юрист, владелец галантерейной лавки, два торговца скобяными товарами - это не было похоже на материал, пригодный для выполнения задуманных Джю- дой грандиозных планов».
Джюда и ие пытался убедить этих прижимистых торгашей в необходимости трансконтинентальной железной дороги. Они бы н доллара не выложили на такой фантастический замысел. Оп просил их о поддержке разведывательных работ в Сьерра-Неваде, целью которых был поиск более короткого и удобного пути если не для железной дороги, то хотя бы для фургонов, идущих в Комсток- Лоуд, куда из Сакраменто доставлялись продукты и сложное горнорудное оборудование на многие тысячи долларов. Люди, в чьих руках окажется эта транспортная артерия, наживут миллионы.
Поскольку при покупке акций полагалось уплатит!, всего десять процентов их номинальной стоимости, компаньоны фактически рисковали всего лишь 7000 долларов. Хантингтон, Стэнфорд, Хопкинс и Крокер приобрели необходимое число акций и уже в качестве акционеров проголосовали за выдвижение собственных кандидатур в состав руководства. Джюда согласен был довольствоваться постом главного инженера. В гостиничном номере он радостно сообщил жене: «Если ты хочешь увидеть начало работ на Тихоокеанской железной дороге, выгляни из окна своей спальни сегодня вечером. Погоди, я еще заставлю этих людей уплатить нам за все».
«Да, пора хоть кому-нибудь теперь помочь нам», - ответила усталая Энн.
В этот же день после обеда Джюда начал прокладку новой трассы прямо под окном снятой им комнаты. Некоторое время спустя он отправился на Восток штурмовать громоздящиеся вершины Сьерра-Невады, западный склон которых резко поднимается на высоту семи тысяч футов, изрезанный зазубренными каньонами горных потоков. Это была гигантская задача, рассчитанная на силы инженерного гения.
