Она медленно оборачивается, чувствую, как напрягаются мышцы под моими пальцами. Она тут же бросает осуждающий взгляд на мою руку, сжимающую локоть. Что с ней происходит? Я настолько ей противен? Или она боится меня?
– Стас, мне нужно идти работать…
– Нам нужно поговорить! – выпаливаю я почти одновременно с ней. – О той ночи.
Выражение её лица с растерянного мгновенно меняется на яростное – в глазах вспыхивает такой огонь, что я всерьёз начинаю опасаться за свою жизнь.
– О, не переживай! – выдёргивает руку и поправляет сумку на плече нервным движением. – Я уже забыла об этом незначительном инциденте, можешь жить дальше, не парься.
КАКОГО ХРЕНА?
Вика разворачивается и гордой походкой уходит от меня – каждый её шаг словно пощёчина. Скрывается за пышной зеленью спустя несколько секунд, оставляя меня наедине с тяжёлым привкусом недосказанности.
Я не дурак. Она слишком эмоционально отреагировала на упоминание той ночи, а это может значить только одно – она не забыла о ней. Для неё это не было моментом слабости. Случайностью. Ошибкой.
Она бесится! И это хорошо! Правда, я не совсем понимаю из-за чего именно. Но этот гнев – он живой, горячий, а значит, между нами ничего не кончено.
[1] Перевод с португальского: «Да, главный фасад нуждается в большем количестве стекла, чтобы максимизировать естественное освещение… Нет, нет, деревянная структура должна оставаться видимой, это часть концепции…»
[2] Перевод с португальского: «Извините, ребята, мне нужно идти. Позвоню вам через несколько минут, хорошо? Пока!»
Вика.
– М-а-ам, мама! Проснись! Мы опоздаем!
Сквозь сон слышу настойчивый голос Лукаса, который нетерпеливо теребит моё плечо.
– Малыш, что случилось? – сонно тяну я, переворачиваясь на спину.
– У меня сегодня игра! Ты что, забыла?
Я открываю глаза и смотрю на сына, который уже стоит в форме своего клуба, со спортивной сумкой в руках.
– Который час?! – подскакиваю и ищу глазами телефон или часы.
– Полседьмого, – сообщает мне Лукас, продолжая стоять как солдат на построении.
– Полседьмого? – вопросительно смотрю на маленького засранца, который решил поднять меня за час до необходимого времени.
– Мы не можем опоздать на игру с драконами!
Я уже хочу высказать ему всё, что думаю, но, взглянув в его пылающие предвкушением глаза, весь гнев тут же проходит.
Как я могу на него злиться? Он так рвётся на эту игру, что вскочил в пять утра, сам собрался и не знает, куда себя деть от волнения.
Нежно улыбаюсь, встаю и целую его в макушку – волосы приятно пахнут шампунем.
– Не переживай. Всё успеем, – тепло говорю, проходя мимо Лукаса. – Пойдём, сделаю тебе завтрак чемпиона, чтобы ты там всех порвал.
– Да! Тренер говорит, нужно есть много белка! Что такое белок, мам?
– Это мясо, яйца и творог.
– Я не люблю творог, – кривится Лукас, смешно морща носик.
– Придётся полюбить, – пожимаю плечами, а сама радуюсь, что появился хороший аргумент для уговоров съесть правильную пищу.
Позавтракав, иду в душ, собираю небольшой чемодан – игра выездная, в Порту, с ночёвкой в городе. Лукас едет на автобусе команды и будет ночевать в отеле вместе с остальными ребятами, привыкая к режиму профессионального футболиста. Для него это первый такой опыт, поэтому я без колебаний вызвалась поехать следом, поселиться рядом и быть под рукой при необходимости.
Сын попал в старшую группу – здесь мальчики от семи до восьми лет. На тренировках он показал неплохие результаты, и, учитывая, что семь ему исполнится буквально через неделю, тренер включил его в основной состав для игры с командой из Порту. Стоит ли говорить, сколько радости было у него в тот момент?
А что касается меня? Я просто расплылась лужицей от гордости за своего мальчика.
Примерно через час сажу Лукаса в командный автобус вместе с другими родителями и направляюсь на автовокзал, где планирую сесть на регулярный рейс до Порту.
***
Я выбираю уютную гостиницу недалеко от тренировочной базы клуба «Драконы», где будет проходить игра. Лукас позвонил мне, когда они приехали, и с восторгом рассказал весь свой распорядок дня. Убедившись, что с ним всё в порядке и он под присмотром тренеров, отправляюсь гулять по городу.
Порту встречает меня атмосферными улочками Рибейры, с её непревзойдённой самобытной палитрой из охры, терракоты и выцветшего голубого. У меня совсем нет времени на долгие посиделки у набережной с мольбертом в руках, чтобы запечатлеть аутентичные фасады с их кружевными балконами и изразцовыми панно, но я решаю, что обязательно приеду сюда снова на более длительный срок и подготовлю целую серию картин о городе.
Обедаю я в маленькой таверне, где заказываю франсезинью – местный сэндвич, утопающий в сырном соусе. Хозяин с гордостью рассказывает мне, что рецепт придумал ещё его дед, вернувшись из Франции. Соус обжигает язык, и хоть я не любитель острых блюд, сейчас получаю искреннее удовольствие и даже соглашаюсь запить сэндвич портвейном, чтобы во всей полноте погрузиться в местный колорит и ощутить настоящий вкус северной столицы.
