К себе Отец Небесный позовёт
Оторванным от проводов и труб,
Мир неземной окажется нам люб?
Иль Светом Божьим опалёны, мы
Опять запросим тьмы своей тюрьмы?
***
Заблудшие овцы Христовы, куда вы
Тревожно бежите, отчаянно блея,
С окраины нашей Великой державы?
Во тьму на погибель под когти злодея.
Вы Русью Великой зовётесь доныне.
Вы дети Владимира и Ярослава,
Забывшие как-то, свои же святыни.
Заблудшие овцы Христовы, куда вы?
Мы жили всегда под одним небосводом.
Мы вскормлены Русью, подумайте сами.
Так станем как прежде единым народом
На вечные веки, вы с нами, мы с вами.
«И жизнь, и слёзы и любовь»
О жизни говорить хочу,
Да вот, робею.
Кому задача по плечу,
Кому по шею.
И прячет грустные глаза
Печаль немая,
И кротко смотрит в образа,
Не понимая.
И начинает влагой слёз
Искать ответа
На свой не заданный вопрос:
«За что мне это?»
Но, продолжая крест нести,
Смогу сказать я:
«Прости мне, Боже, и впусти
В свои объятья.
Прими меня и оживи,
Подобно чуду.
И в бесконечности любви
С тобой я буду».
***
Даром небес,
Посещением свыше,
Падает снег
На притихшие крыши.
Падает снег
На излучины улиц.
Падает снег,
Из-за ветра сутулясь.
Падает снег
На ресницы любимых.
Падает снег
На прошедшее мимо.
Падает снег
На изысканность линий.
Падает снег
На крылатку Беллини.
И, замыкая
В строки мгновенья,
Падает снег
На моё вдохновенье.
***
Зима, зима, опять ты плачешь.
Тебя обидели, видать.
За дождевые слёзы прячешь
Свою земную благодать.
Ну где, зима, твои сугробы?
Работать ленишься, пади?
А по слезам твоим, попробуй,
В обувке тёплой походи.
Ну где, зима, твои метели,
Когда душой без всяких слов,
Берёзам вторя, ели пели
Трескучим дискантом стволов.
Так не ленись, не будь занудой,
И снова, как хороший друг,
Яви нам радостное чудо,
Земную прелесть снежных вьюг.
«Вместо поздравления»
Хотел бы я поздравить вас, да нечем.
Но, с радостью попробовать готов
Возможности могучей русской речи
Найти достойных вас достойных слов.
Напрячься и засыпать до макушки
Потоками щемящих сердце фраз.
Не так, конечно, как Великий Пушкин.
Он вас любил, а я люблю сейчас.
Звучит так незатейливо и всё же,
Хоть замолчи, хоть глотку оборви.
Скажите мне: «Что может быть дороже
Негромкого признания в любви?»
«Новогоднее»
Собраться в кучку и поесть
И выпить и повеселиться.
И разогнутся наши лица,
И станем мы, какие есть.
Уйдут заботы и дела,
Прихлынут впечатлений волны.
Иной закусит удила
И отрывается по полной.
Другой, забившись в уголок,
Изрядно выпив, наблюдает.
Его уверенность снедает,
Что он бы точно также смог.
И этот пьян и этот пьян,
Кто на столе, а кто на стуле.
Где Айвазовский, где Сарьян?..
Теперь они в одной кастрюле.
За тостом тост, за тостом тост,
Забавы, суета, веселье.
А на дворе Филиппов пост
Напоминает о спасенье.
Все знают, истина в вине.
Зачем же даром время тратить?
И мы уверены вполне,
Что этот пост опять некстати.
«Поздравление на 8-е марта»
Поздравить вас и умереть,
Как это мудро для поэта.
И вряд ли сможет кто посметь
Поэта упрекнуть за это.
И вспомнилось о том как жил,
Грехи в уме перебирая.
Невольно ахнул и решил,
Поздравлю так, не умирая.
«Масленица»
Звучит очаровательно и мило.
Открылась шире дверь в обжорный рай.
Весёлая неделя наступила,
Гуляй, народ языческий, гуляй.
Что может быть приятнее и проще?
Никак не перепутав, мы должны
Сходить сперва на посиделки к тёще,
А следом на золовкины блины,
Пить водку, в хари страшные рядиться,
От пуза трескать, да баклуши бить.
А христианам, сырная седмица,
Христа и в этот праздник возлюбить.
«Наша коза»
Жила коза в одном большом лесу.
Жила себе и блеяла, но вот
Решила, что в пустую жизнь идёт.
И блеянье и всю её красу
Всерьёз в лесу ни кто не признаёт.
И вышла в свет она, и звери
Обрадовались ей, глазам не веря,
Её отточенным копытам и рогам.
Но, вскоре по лесу прошёл великий гам.
Коза решила,что она в лесу хозяйка,
И всем свою «любовь» являла без утайки.
Кого копытом пнёт, кого рогами двинет,
А, из кого, и душу вынет.
И загрустил от этаких забот
Доверчивый лесной народ.
Мораль: от злой козы держись подале,
Пока тебе рогами не поддали.
Но, выпить нам дано и эту чашу.
Хоть и коза, а, всё же, наша.
«Сонет к стихам»
Стихи читаются глазами
По буковке, по запятой,
По той, обласканной мечтой,
Отточенной словесной гамме.
И наш язык, играя с нами,
Нас наполняет красотой
И сложностью и простотой,
Преображенной временами.
Читайте и внимайте сами,
Как, вдохновения рекой
Строка струится за строкой,
Написанная небесами.
И счастлив тот, в кого проник
Поэзии родной язык.
***
Обливаюсь слезами от слога
Графоманами писаных книг,
Где нелепо звучит и убого
Замечательный русский язык.
Друг мой добрый! Тебя ли обижу
Легкомысленной шалостью строк,
Превратив в бессловесную жижу
Неуёмный словесный поток.
Друг мой добрый! А помнишь, бывало,
Мы читали взахлёб до утра?
Даже время о нас забывало
За трудами чужого пера.
Друг мой добрый! А помнишь, как вместе
Из безделицы и чепухи,
Не рождённой моей невесте
О любви слагали стихи?
Натыкаясь на сложное слово
В неудачной словесной игре,
Друг ко мне подвигал « Ушакова»:
«Вот, возьми, посмотри в словаре».
И в болоте пустых словоблудий
