Каждый раз, когда Крымский фронт собирался перейти в наступление, ставились наступательные задачи и войскам СОР, который оставался в подчинении фронта. Помимо улучшения позиций предусматривалась - для отвлечения сил противника - демонстрация частями второго эшелона наступления на Бахчисарай. Не раз планировались новые, согласованные с готовившимся наступлением сухопутных войск десанты, в частности, в районе Алушты. Однако до высадки их дело не доходило, поскольку фронт оставался на месте.
Главная же задача СОР по-прежнему состояла в том, чтобы прочно удерживать занимаемые рубежи. Осада Севастополя продолжалась. Были дни и даже недели, когда казалось, что с нею вот-вот будет покончено. Жизнь, однако, показывала, что говорить об этом рано.
После напряженнейшей боевой страды для севастопольцев настало время некоторого затишья. Так обычно характеризуют историки довольно длительный период обороны города между декабрем сорок первого и июнем сорок второго. Но затишье это было весьма относительным.
Бои на подступах к городу, носившие, правда, большей частью позиционный характер, не прекращались, Севастопольцы [228] ни на день не оставляли врага в покое. Постоянно действовали авиация и артиллерия, совершали вылазки в неприятельские тылы разведчики, высаживались небольшие десантные группы. В свою очередь гитлеровцы изо дня и день подвергали наши позиции и город бомбардировкам с воздуха и артиллерийскому обстрелу (вся их дальнобойная артиллерия, стянутая к Севастополю в ноябре - декабре, оставалась тут), предпринимали время от времени атаки, пытаясь хоть где-нибудь нас потеснить.
Но это врагу не удавалось. Мы же постепенно вернули себе часть территории к северу и северо-востоку от города, оказавшейся в руках противника в декабре. Был занят ряд опорных пунктов и тактически важных высот. Для усиления северного направления в четвертый сектор обороны (его возглавил новый командир 95-й дивизии полковник А. Г. Капитохин) командарм И. Е. Петров предложил - и Военный совет это одобрил - перебросить из второго сектора 172-ю дивизию полковника И. А. Ласкина, отлично себя зарекомендовавшую. А ее позиции заняла прибывшая с Кавказа 386-я дивизия, возглавляемая полковником Н. Ф. Скутельником и старшим батальонным комиссаром П. П. Медведевым.
В 386- й, как и в двух других дивизиях, прибывших на пополнение СОР, -388-й и 345-й (да и в маршевом пополнении), было много бойцов из республик и автономных областей Кавказа и Закавказья, представителей самых различных национальностей. Некоторые из них почти или даже совсем не знали русского языка. Воспитательная работа в этих соединениях, к тому же укомплектованных в основном запасниками, только недавно призванными (причем некоторые впервые в жизни оказались за пределами своего района), требовала особой продуманности, учета национальных особенностей, обычаев.
Политотделу Приморской армии пришлось по-новому расставить часть политсостава. Так, начальник политотдела 95-й стрелковой дивизии старший батальонный комиссар М. С. Гукасян, владевший несколькими языками, был переведен на такую же должность в 386-ю дивизию. Получили новые назначения и другие товарищи. В подразделениях организовали занятия по русскому языку. Было проведено немало мероприятий, способствующих воспитанию воинов в духе нерушимой дружбы народов нашей страны. Политуправление Закавказского фронта по нашей просьбе обеспечило регулярную доставку газет на грузинском, армянском и азербайджанском языках, а ежедневный бюллетень новостей [229] на азербайджанском языке стал выпускаться и в Севастополе.
Сыновей Кавказа, прибывших защищать Севастополь, навещали делегации трудящихся из родных мест. Делегация из Азербайджана порадовала земляков привезенными им в подарок национальными музыкальными инструментами. А начальник политотдела 345-й дивизии батальонный комиссар А. М. Савельев проявил хорошую инициативу, завязав переписку как с семьями многих бойцов, так и с трудовыми коллективами, в которых те прежде работали. Патриотические письма из родных краев, наказы бойцам использовались в воспитательной работе, печатались в дивизионных и армейской газетах. Все это помогало воинам нерусской национальности быстрее освоиться в Севастополе, сплачивало многонациональный строй его защитников.
