Потом эти пушки провезли по улицам Одессы, и на длинном стволе одной люди читали выведенную мелом надпись, которая попала на снимки фотокорреспондентов, а через них — в историю войны: «Она стреляла по Одессе, этого больше не будет!» Из политдонесения батальонного комиссара Слесарева я узнал, что надпись сделал участник захвата батареи краснофлотец Петренко.
По мере продвижения десанта сопротивление противника возрастало, особенно в направлении Чебанки, где наступал батальон старшего лейтенанта Б. П. Михайлова. Враг развернул против наших морских пехотинцев до двух полков пехоты, подтягивал артиллерию, минометы, однако задержать десантников не смог. Их поддерживали огнем эсминцы (корректировщики находились в боевых порядках полка). Поддержку с воздуха оказывали одесские «ястребки», действовавшие как штурмовики.
На исходе дня десант овладел районом Чебанки, Старой и Новой Дофиновок, выполнив тем самым свою задачу. Высадившемуся у Григорьевки полку оставалось соединиться с частями ООР, что и произошло несколькими часами позже. Действия десантников следовало считать весьма успешными. Потери полка оставались небольшими. Урон, нанесенный врагу, превышал их в несколько раз.
Но в связи с высадкой десанта мы понесли потери на море. Эсминцы, огневая поддержка которых так много значила для десантников, подверглись атакам пикирующих бомбардировщиков. Первым пострадал «Безупречный», получивший от разрывов бомб за бортом несколько пробоин и лишившийся хода. Корабль был отбуксирован в Одессу с затопленными котельным и машинным отделениями. Еще более серьезные повреждения получил от прямых попаданий двух бомб другой эсминец — «Беспощадный». Оба корабля нуждались в доковом ремонте и надолго выбыли из строя.
Лишь третий эсминец — «Бойкий» под командованием капитан-лейтенанта Г. Ф. Годлевского, который также многократно атаковывали фашистские пикировщики, остался невредим и смог содействовать продвижению десанта в течение всего дня. На него были переключены корректировщики «Безупречного», и артиллеристы эсминца одновременно вели огонь орудиями по различным целям: носовыми — по одним, кормовыми — по другим.
Отбиваться от бомбардировщиков Ю-87, с которыми черноморцы познакомились в те сентябрьские дни, кораблям оказалось очень трудно. Страшно было подумать, какие потери мог понести флот, если бы мы, как сперва предполагалось, оставили в районе высадки крейсера «Красный Кавказ» и «Красный Крым», представлявшие для самолетов более крупные цели и уступавшие эсминцам в скорости хода и маневренности. (Крейсера ушли с рейда Григорьевки еще до рассвета, как только высадили на катера и канлодки последние группы десантников.)
Закончу рассказ о событиях 22 сентября — знаменательного дня Одесской обороны.
Вслед за высадкой десанта у Григорьевки, несколькими часами позже, в восточном секторе ООР перешли в наступление 157-я стрелковая дивизия полковника Д. И. Томилова и 421-я полковника Г. М. Коченова — каждая двумя полками. Их атаке помимо артподготовки предшествовали удары флотских бомбардировщиков, прилетавших из Крыма, по ближним тылам и резервам противника.
