– Я подумал, раз уж мы празднуем, то по-настоящему. А тут никак без шариков. – Спенсер подмигнул и опустился рядом со мной.
Итан в конце стола усадил Монику к себе на колени.
– Итак, теперь мы узнаем, что отмечаем? В смысле, просто из любопытства. Вы в курсе, что я и без повода могу устроить вечеринку. – Он обнял свою девушку.
– Давай, крошка. Скажи им, скажи им, скажи им, – потребовал Спенсер и под столом положил ладонь на мое голое бедро.
Прочистив горло, я обвела глазами друзей. Исаак вытащил ключ и постучал им по бокалу Элли, как будто объявлял начало речи.
– Я не подготовила речь или что-то вроде того, – произнесла я с поднятыми руками. И почувствовала, как все сильнее разгораются щеки, хотя причина была не только в волнении. Пальцы Спенсера гладили внутреннюю сторону моего бедра, и я плотно сжала колени. – Вам известно, что в прошлом году я опубликовала много новелл под псевдонимом.
Раздалось согласное бормотание. К тому времени они все знали про мою подработку. Даже Кейден прочел одну из новелл. Его выбор пал на «Горяч для тебя». Я лично при этом присутствовала и за ним наблюдала. Мы с Элли даже сделали фотки в качестве доказательства, в результате чего он спрятался у себя в кабинете. А когда вновь оттуда вышел, щеки у него покраснели.
– В последние месяцы я работала над своим первым романом. Сойер может подтвердить, что я, как зомби, писала день и ночь, – сказала я, кивая в сторону соседки по комнате.
– «Зомби» – это еще слабо сказано. Она сидела на кровати, иногда за столом, немытая, с черными кругами под глазами и выглядела при этом как сумасшедшая. Иногда ревела, пока писала, а иногда казалось, что у нее сейчас случится оргазм.
Исаак густо покраснел, взял стакан, который вообще-то принадлежал Элли, и отпил большой глоток. Не думаю, что он сам это заметил.
– Спасибо, Сойер, за такое реалистичное описание моего состояния, – ответила я.
Та приторно улыбнулась и сделала мне жест рукой, веля продолжать.
– Как бы то ни было, я очень активно работала со своими бета-читателями, – я кивнула в сторону Спенсера, и он слегка поклонился, – над этим романом. Наш с Эверли преподаватель Нолан тоже прочел мой проект и сделал кое-какие замечания, чтобы еще больше улучшить сюжет.
– Это который Тор? – спросила Моника, переводя взгляд с меня на Элли.
Мы кивнули, а она восхищенно вздохнула.
– Нолан сказал, что с этим романом я могла обратиться в какое-нибудь издательство. Так что… – В поисках помощи я посмотрела на Эверли.
Она подалась вперед и облокотилась на вытянутые на столе руки:
– Моя мама работает в издательстве научно-популярной литературы. А раньше работала в сфере художественной литературы и до сих пор поддерживает хорошие отношения с бывшими коллегами. Поэтому она поделилась с Доун одним контактом.
Остальные опять взглянули на меня. Я прикусила губу. Спенсер пихнул меня плечом, однозначный намек, что пора рассказать новость.
– Мой дебютный роман «О нас» напечатают в следующем году в издательстве
На секунду воцарилась полная тишина.
А потом разразился хаос.
Элли завизжала и подпрыгнула так резко, что стол опасно зашатался. Моника и Итан задавали вопросы, пока Кейден дал пять Спенсеру, после чего тоже встал. Внезапно Итан поднял меня вверх и закружил. Сойер осталась сидеть и наблюдала за происходящим сквозь объектив Фрэнка.
– Поздравляю, малышка! – воскликнул Скотт.
Они по очереди сжимали меня в объятиях.
Моника и Исаак тут же захотели знать, о чем роман, Скотт и Эверли заговорили о потенциальном маркетинге, который собирались провести, а Элли и Кейден сказали, что очень мною гордятся. Друзья бомбардировали меня вопросами, а Сойер снимала все на камеру.
Вдруг мне на спину легла рука Спенсера. Я сразу же почувствовала, как только он меня коснулся. По всей спине пробежала волна мурашек, спустившись до самых кончиков пальцев.
– Прошу нас ненадолго извинить, – произнес он и подтолкнул меня в сторону танцплощадки.
– Что ты делаешь? – не поняла я.
– Мне нравится эта песня, я эгоист и хочу, чтобы на три с половиной минуты ты принадлежала только мне.
Спенсер увел меня на край танцевальной зоны и там притянул к себе.
Это одна из вещей, которыми я без остановки занималась в последние месяцы: танцы. Спенсер не преувеличивал, когда говорил, что будет танцевать только со мной. Другая вещь, которой мы занимались без остановки, – это… ну, да. Скажем так: Спенсер каждый день бесконечно вдохновлял меня на новые истории для
– Я так чертовски тобой горжусь, – прошептал он мне на ухо, пока его руки путешествовали по моему телу. Он покрутил меня, а потом прижался ко мне сзади.
Я отдалась его движениям и положила голову ему на плечо.
– А я тобой, – ответила я.
Он уткнулся лицом мне в плечо. И это одна из вещей, которым Спенсеру еще предстояло научиться: принимать комплименты. Все еще случались дни, когда на него слишком давил груз прошлого и он чувствовал себя виноватым в том, что произошло с Оливией. Но мы с этим справимся.
