Мне вообще кажется, что я не русский писатель. Может быть, мне это только кажется, я не уверен. Это опять же дело литературоведов, они решат. Я признаюсь, что я почти не читаю русских книг. Они очень все скучные, за несколькими исключениями. Честное слово, если бы было по-другому, я бы признался. Я не тот человек, который читает только самого себя. Но, к сожалению, читать нечего. Есть вещи, написанные о событиях тридцатилетней давности, о том, как жили русские во времена Сталина, как нужно было спасаться. Мне надоели лагеря, надоели жертвы, надоело читать о лагерниках в книгах… Мы все имеем guilty conscience, мы почему-то считаем себя ответственными за то, что было пятьдесят лет назад. Но мы прозеваем таким образом сегодняшнюю жизнь, я думаю. Я стараюсь что-то писать, чтобы мне было интересно как читателю. Я ждал своих книг от других писателей, не дождавшись, написал их сам. Вот все, я сказал все.
Дерзкому заявлению «бывшего русского писателя» отводится целая главка в довлатовском эссе. Называется она «Дезертир Лимонов». Начинается она с исторического анекдота с внятным моральным посылом:
Вспоминается такой исторический случай. Приближался день рождения Сталина. Если не ошибаюсь, семидесятилетний юбилей. Были приглашены наиболее видные советские граждане. Писатели, ученые, артисты. В том числе – и академик Капица.
И вот дерзкий академик Капица сказал одному близкому человеку:
– Я к Сталину не пойду!
Близкий человек оказался подлецом. Дерзость Капицы получила огласку. Возмутительную фразу процитировали Сталину. Все были уверены, что Капица приговорен.
А Сталин подумал, подумал и говорит:
– Да и черт с ним!..
И даже не расстреляли академика Капицу.
Следующие за этим слова уже самого Довлатова представляются мне очень важными:
