Ну давай же. Отвечай. Ты хочешь. Я чувствую, что хочешь. Флирт дело обоюдное, однако тут моя схема рушится — девчонка фырчит, как еж, потом снова откидывает волосы, чем заводит меня сильнее, и отворачивается.
От-во-ра-чи-вае-тся.
Отворачивается, твою мать!
Нет, дорогая, так дело не пойдет.
Достаю визитку из кармана, кладу ее на барную стойку, а потом двигаю ее и сам двигаюсь ближе. Это повод сделать то, чего я хотел с того момента, как ее увидел. Невзначай дотрагиваюсь до волос — снова удар током, мурашки и жгучее желание схватит эту капну и потянуть назад.
Да…девочка, ты меня волнуешь так, как давно никто не волновал. И мне нравится, как от тебя пахнет.
Лимон. Булочка с корицей.
С корицей!
Черт, как будто снова оказался в школьной столовке, однако и это мне заходит. Помолодел на сто лет — приятное ощущение.
— Меня зовут Влад Довод, и я хочу тебе помочь.
На самом деле, я хочу не помочь, я хочу трахнуть тебя так жестко, как никто и никогда не трахал. Но это ладно, это мы пока опустим. Посмотрим, как поведет себя дальше в ответ на этот толстый намек.
В моем мире — это толстый намек. Даже, если совсем откровенно, почти прямое предложение. Что она сделает?
Поразит меня. Вот ответ.
Девочка поднимает свои глаза, оказавшись так близко, что я могу с легкостью посчитать все крапинки темно-синего цвета, а их пятнадцать. На правом глазе. Семнадцать на левом.
Пару раз ими хлопает. Кажется, я переборщил? Надеюсь, ты не впала в какой-нибудь ступор?
Не впала. Женечка вдруг резко подается назад, хмурится и серьезно заявляет:
— Не надо нарушать мои личные границы, ясно?!
Опа. А это уже действительно интересно…
Что-то мне неловко. Он так пристально на меня уставился, что это означает?!
Мда-а-а…кажется, настало время для постыдной правды: в обществе парней я всегда теряюсь, потому что опыта в амурных делах у меня нет совершенно.
Если честно, иногда я завидовала Миле, когда видела, как она мило обнимается со своим дурным Васьком в школе. Мы ведь учились в одной, так что на каждой переменке я видела, как он ее зажимает то тут, то там. Немного ревновала. Конечно не к нему! Я быстрее позволила бы дикому кабану нацепить сюртук и назвать себя своим мужем, чем даже в теории предположила, что этот придурок приблизится ко мне. Нет, Васек с его вечными «драками», его гонором и всеми прочими атрибутами «крутого» парня, который бегает за угол при каждой возможности, чтобы выкурить сигаретку, мне и близко не нравился. Я завидовала другому — отношениям.
Как и любая другая девочка, мне бы хотелось встретить своего принца. Это само собой! Особенно сильно и остро я хотела познакомиться хоть с кем-то, когда мачеха лютовала. Все это детские глупости и желание оказаться под защитой, раз собственный отец сидит, как валенок, и смотрит «ерунду», пока тебя колошматят за немытую посуду, из которой даже не ты ела!
Но так ничего и не происходило. Нет, попытки были, однако они отворачивали меня на сто восемьдесят градусов раньше, чем успевали открыть рты. Не нравился мне их взгляд. Пошлый какой-то. Под таким сразу голой себя ощущаешь, а этот смотрит иначе.
Я не могу понять как, но иначе.
Так, что дыхание перехватывает.
Мне вдруг становится дико страшно, что я ляпнула какую-то дурость или была слишком резкой и грубой. Вот сейчас он встанет и уйдет, подумает, что я дура какая-то, а я не хочу! Не хочу!
Он такой притягательный…
Как же исправить ситуацию?
По-дурацки прикусываю губу, снова смотрю на визитку, а потом Лонг-мать-его-Айленд выдает:
— Довод — это ненастоящая фамилия?
Кажется, надо прекратить ругать коктейль по чем зря, потому что работает. Мужчина начинает смеяться, а меня начинает изрядно так колотить. Смех у него — что-то с чем-то. Низкий, сладкий, теплый, как одеяло, а еще дико сексуальный, дающий команду «бежать!» всем моим мурашкам…
Как зачарованная, я наблюдаю за его плавными, размеренными движениями, и удивляюсь: насколько же он отличается от всех мужчин, которых я когда-либо знала! Да и не знала тоже! В этом баре дофига людей его пола, но они в подметки не годятся: загадочный Владислав Довод медленно, плавно расстегивает пуговицу своего пиджака, запускает руку во внутренний карман, и все это наполнено до краев чем-то особенным. Ленивым, размерянным, спокойным, уверенным — потрясающим.
Я правда не могу отвести глаз и руки у него такие красивые…
В них появляется паспорт — удивляюсь! Зачем? Интересно…Он, как какая-то головоломка или задачка со звездочкой — тянет внимание на себя. Я не могу его оторвать, даже если сейчас в бар ворвется вооруженная группа котов в сапогах и станет угрожать всем шпагами. Самое интересное сосредоточено «нигде», а на нем.
Слежу, как спокойно он перелистывает страницы, а потом с горечью отмечаю, что на четырнадцатой стоит штамп. Понятно. Женат. Это удручает. Весь запал сразу гаснет, вместо него наступает какая-то вселенская грусть, но я стараюсь этого не показывать.
— Подтверждаю.
С фотографии на меня смотрит он, только моложе на пару лет, и имя: Владислав Алексеевич Довод.
Вау. Настоящая…
— Необычно.
