— С какой именно? — подначивает Стас, а мне так хочется встать и каждому хорошенько вдарить, что кулаки непроизвольно сжимаются.
— Отвалили! Хватит совать свой нос в мои дела!
Повисает пауза. Я зло кручу стакан, наблюдаю, как воронка из янтарной жидкости закручивается, и мне так сильно хочется верить, что она унесет всю смуту из моего сердца куда-нибудь подальше, да только она ее, кажется, напротив подначивает.
И я не выдерживаю.
— В смысле поссорился с женой? — смотрю на Ника, он тихо усмехается.
— Ты же не хотел, чтобы кто-то лез в твою жизнь?
— Ответь на вопрос! Много прошу что ли?!
— Ну…она сегодня приехала к нам вся на нервах, потом они умотали с Никой в СПА раньше времени.
— Очень информативно. Я знаю о ее перемещениях и спрашивал не об этом!
— Ооо…тебе нужна информация… от инсайдеров?
— Ник, серьезно. Пойдешь к алтарю с разбитой мордой!
Смеется уверенней, потом откидывается на свою спинку и жмет плечами.
— Знаю кое что.
— Ну?!
— Поговаривают, ты слишком пристально смотрел на Еву.
— Так она из-за этого психанула?!
— Ну…я точно не знаю, они с Никой только сегодня будут обсуждать, но моя вчера всю дорогу тебя поносила по чем зря.
— То есть это ей показалось, что я смотрел на Еву «слишком пристально»?
— Раз ты поссорился с Женей, то не только ей.
— Боже, какой бред… — закатываю глаза и устремляю их к потолку.
А может и не бред? Наверно, я и правда облажался. Ну да. Признаю. Возможно, я позволил себе лишнего, но черт! Она была так похожа на ту себя из далекого прошлого, которое для меня то гораздо ближе.
Я не помню, как мы жили в браке. Не помню плохого. Я его как будто и не переживал! Линейность моей жизни была нарушена. Из нее украли пару сотен важных моментов, и это сложно принять в одночасье.
Едва ли тебя, дорогой, это оправдывает.
Знаю.
Я не хотел обижать Женю, так просто получилось…
Тяжело вздыхаю и массирую виски, на что Стас сразу реагирует.
— Что такое? Тебе плохо?
Громко цыкаю.
Чрезмерная опека семьи иногда меня просто душит! И я смотрю на него с укором, на что сразу получаю смешок и поднятые ладони.
— Да ладно-ладно. Понял. Замолкаю.
— Спасибо.
— Вопрос можно?
Нет. Я не хочу на них отвечать, потому что примерно представляю о чем эта хитрая морда спросит меня, но пасовать не привык. Киваю.
— Ну.
— Ты правда заглядывался на Еву? После всего?
Бам! Вот вам! Пожалуйста! И объяснить — не объяснишь. Не поймут. Да и можно ли их винить? Если я сам до конца не понимаю.
Чувство такое, будто к Еве я тянусь, как к чему-то привычному, знакомому. Разум к ней тянет. Сердце смотрит в другую сторону. Оно реагирует на Евгению так ярко, что порой мне кажется, я рядом с ней задыхаюсь.
Абсолютно лишаюсь сознания.
Пру, как пьяный. Как под гипнозом. Будто она меня околдовала! Не могу сопротивляться совершенно! Только и хочу, что касаться ее постоянно. Даже сейчас я сижу в компании мужиков в загородном клубе, а подушечками пальцев ощущаю нежный шелк ее кожи.
Я ее хочу.
Но это что-то большее, чем обычное желание.
Моя душа к ней рвется, а без нее разрывается на части.
И это так странно! Любить того, кого не знаешь — невозможно! Еву я знаю. Это логично. Но почему тогда я не верю ни одному ее слову? А Жене верю абсолютно? У меня даже на мгновение не появляется сомнений в том, что она говорит.
Как будто я чувствую девочку, как свое продолжение. Полностью.
Что за хрень со мной происходит…
Вздыхаю. Тру глаза и головой мотаю.
— Не знаю.
— Эта Женя — совершенно не твой вариант, — усмехается брат, — Сам посуди. Она в наше общество не вписывается. Импульсивная. Дурная. Красивая? Ну да, мордашка ничего, но она разве дотягивает до Евы?
С каждым словом я начинаю злиться все больше и больше, а когда звучит последний вопрос, почти его не слышу. Меня кроет. В ушах долбит пульс, и я буквально чувствую, как из рук утекает самоконтроль: еще миг и взорвусь! Накинусь на него и забью каждое пренебрежительное слово в глотку!
Сука охеревшая!
Стас внимательно смотрит на меня, и, я полагаю, чувствует угрозу. Дал маху. Лишнего сморозил.
О да,
Поэтому сдает назад с ухмылкой.
— Я просто так сказал…
— Она — мать моего ребенка, так что выбирай выражения, Стас. Это последнее предупреждение.
— Серьезно?
— А ты сомневаешься?! — подаюсь вперед резко, — Я не посмотрю, что мы выросли вместе. Еще одно слово, попробуй только рот раскрыть!
Повисает гнетущая тишина. Кажется, боковым зрением я ловлю уважение Никиты и даже Дани, который, в отличии от Стаса, от Жени в полнейшем восторге. Еще бы! Он так ржал, когда она меня стукнула, что упал со стула. А веселых он любит…ну или тех, кто заставляет его веселиться.
— Ладно. Прости, переборщил. Просто пытался понять тебя…
— Не надо пытаться меня понять, оскорбляя мою женщину.
— То есть Ева в прошлом?
— Хватит.
— Это потому что ты что-то вспомнил или потому что думаешь, что Ева может быть причастна к тому, что с тобой случилось?
Телефон Никиты спасает ситуацию. Я ведь не готов думать об этом сейчас, хотя часто думаю и против воли.
