Тихо смеюсь, губу прикусываю, краснею, и он касается моей щеки, а я, как и прежде, голову поворачиваю, ловлю его ладонь губами и оставляю на ней нежный поцелуй.
Но тут вспоминаю! И сразу же корю его.
— Ника сказала, что вы пытались завести ребенка!
Видимо, смена моего настроения — это действительно смешно, потому что Влад именно это и делает: ржет! А я злюсь! Притворно, скорее для острастки, потому что и сама улыбаюсь…
— Прекрати смеяться надо мной!
— А ты еще сама не поняла?
— Чего?
— Зачем Ева это делала?
— Чтобы закрепиться.
— Именно. Думаю, она прекрасно понимала, что рано или поздно я тебя вспомню. Она хорошо меня знает. Возможно, без личных деталей? Но поведение — да.
— Ты думаешь, что вспомнишь меня?
— Не знаю, маленькая, но даже если нет — это не повод унывать. Мы всегда можем построить новые воспоминания.
— Ты этого хочешь?
Влад еще пару мгновений молчит, а после тянет на себя, и когда я ложусь на его грудь, а нос достает его, щурится.
— Отвечая на твой вопрос о любви…нет. Скорее всего…мое сознание
— Это…как-то не внушает доверия.
— Почему? Любовь — это сердце, Женя. Мой мозг
— Ты хочешь взять…паузу?
— Между нами?
— Нет, блин, между тобой и твоей тачкой! — щиплю, а он щиплет меня за ягодицу и не дает даже помыслить о побеге — обнимает и улыбается.
— Язык…дрянь.
— Ответь.
Требую, кивает.
— Не хочу.
— Не понимаю…ты говоришь…
— Послушай еще раз, что я говорю: я
— Я?
— Правильно. Дай мне немного времени привыкнуть и не злись, если я снова позволю себе какой-то взгляд. Он ничего не значит, поверь. Просто мне нужно все осознать…Слишком многое свалилось на голову в одночасье.
— Ты будешь…с ней…иметь какие-то…
— Нет, — жестко прерывает, но сразу купирует злость и касается щеки нежно, — Никаких связей с Евой у меня не будет, но сейчас она будет близко. Так надо.
— Насколько близко?
— На расстоянии вытянутой руки. Не больше.
Мне все еще не нравится, но…
— Хорошо, — киваю пару раз, глаза опускаю и сразу поднимаю их, чтобы уверенно потребовать, — Обещай.
— Что конкретно?
— Что ты ее не коснешься. Я дам тебе время привыкнуть и все понять, потому что…мне это не нравится, но я понимаю…наверно…Только я прошу…без этого. Если ты решишь…
— Женя, это не вопрос выбора.
— А что это тогда?
— Ну уж точно не он! — сильнее обнимает меня, — Я не прошу тебя подождать, пока я решаю, кто из вас двоих мне нужен. Я чувствую, кто мне нужен — этот «кто-то» тупит в моих руках прямо сейчас.
— Сам ты…
— Я прошу дать мне поблажку. По привычке, я могу позволить себе лишнего, но я не собираюсь с ней спать или крутить романы! Я этого не хочу! Услышь меня!
— Тогда обещай, — шепчу, и он сразу шепчет в ответ.
— Обещаю.
Не думает, что подкупает…
— Просто дай мне немного времени со всем разобраться, а моему мозгу привыкнуть и перестроиться. Знаю, что это много, но я прошу тебя...
— Хорошо...только не надо при мне флиртовать с ней! Это для твоего мозга не слишком сложное предприятие?!
— Язык...дрянь...
С этими словами и тихим смехом Влад затягивает меня в еще один страстный поцелуй, который непременно заканчивается сексом. Но не злым. Он нежный, чувственный, он
Рассказываем друг другу что-то…
Нет, в этот вечер к друзьям мы больше не спускаемся, потому что никто из нас этого не хочет. Хрупкий мир стеклянного дома, который разрушить может любое движение – как камень, брошенный в сердцах. Необходимо двигаться осторожно. Наша связь на уровне чего-то непонятного, невидимого крепче самых толстых цепей, но связь разума тоньше ветра — и это мы исправляем.
Или я просто наслаждаюсь последними мгновениями? Ведь совсем скоро все изменится.
Говорят, у женщин интуиция развита на все сто. Кто-то даже верит, что каждая из нас немного ведьма, ведь мы чувствуем сбитые, черные тучи, когда они только начинают собираться на горизонте.
И я, наверно, чувствовала в тот момент, поэтому теснее к нему прижималась, ведь действительно знала — это не конец. Скоро все изменится. Скоро…мне снова будет больно.
— …Жень, ты как?
Меня тошнит уже в третий раз, и я мечтаю оторвать тебе башку! Но вместо этого обречено выдыхаю, смываю и прижимаю прохладную, влажную ладонь к голове.
— Кажется, йогурты испортились…Не корми Котика ими! Еще больного ребенка на свадьбе не хватает…
За дверью раздается тихий смех Влада.
— Я и не собирался. Кашу уже сварил. Открой…
— Ни за что!
— Жень…
— Ни за что и никогда! — отрезаю уверенно, встаю и открываю воду в кране, — Я выгляжу ужасно!
— Мне плевать. Давай помогу…
— Господи, как?! Стошнишь за меня?!
— Я…
— Довод! Прекрати немедленно кудахтать! Займись ребенком.
— А я чем занимаюсь? — недовольно бурчит, на что я щурюсь и резко поворачиваю голову на дверь, шиплю.
